Происхождение
древних тюрок - создателей
Великого
Тюркского каганата.

( исторический очерк )

В.К. Шатобалов
(shatobalov @ yandex.ru)
   



Содержание
Предисловие.
I. Введение.
II. Рожденные волчицей-легенды.
  1.Н.Я. Бичурин.
  2. Н.А. Аристов.
  3. С.В. Киселев.
  4. Л.Н. Гумилев.
Примечания
  Предтюркское время
     на Северном Алтае.
  Царские скифы Алтая.
  5. С.Г. Кляшторный.
III.Мать Ашины (Асянь-шада) - наложница.
IV.Владение Со(Солу) на Северном Алтае.
V.Топо, гидо, этнонимы как свидетельства существования "владения Со(Солу)" на Северном Алтае.
Примечание
  Кумано-кипчакский
     период истории.
VI. Древние тюрки - алтайцы.
VII. А.Н. Бернштам.
VIII. Реконструкция дат рождения алтайских вождей и времени создания родов в дотюркский и ранний тюркские периоды.
IX. Заключение.
   X. Приложения.
   XI. Основная литература.

Далее будут представлены работы историков Л.Н.Гумилева, С.Г.Кляшторного, Л.П.Потапова, которые стали сторонниками Лю Мао цзая по вопросу этногенеза тюрок.

Л.Н. Гумилев.

Древние тюрки.

Монографию Л.Н.Гумилева "Древние тюрки" можно отнести к историческим бестселлерам. Работа специалистами не оспаривается. Но Л.Н.Гумилев стал сторонником Лю Мао цзая. Прав ли он в выборе гипотезы по этногенезу древних тюрок? Постараемся разобраться.

Знание родословных и специальное изучение их было издавна характерно для центрально-азиатских народов. Среди племен, побежденных тобасцами (сяньбийцы тоба – а.к.) при покорении ими и северного Китая, находились «пятьсот семейств с Ашиной». Эти «пятьсот семейств» возникли «из смешения разных родов», обитавших в западной части Шэньси, отвоеванной в IV в. у китайцев хуннами и сяньбийцами. Ашина подчинялся хуннскому князю Муганю, владевшему Хэси (область к западу от Ордоса, между излучиной Хуанхэ и Наньшанем). Когда в 439 г. тобасцы победили хуннов и присоединили Хэси к империи Вэй то князь «Ашина с пятьюстами семействами бежал к жужаньцам и, поселившись по южную сторону Алтайских гор, добывал железо для жужаньцев». Текст повествует о происхождениине всего народа древних тюрок, а только их правящего клана. В этой версии происхождения древних тюрок ничего легендарного нет. По-видимому, Ашина был вождем небольшой дружины, состоявшей из удальцов, почему-либо не ужившихся в многочисленных сяньбийских и хуннских княжествах. Такие мелкие военные единицы, которые нельзя назвать государствами, постоянно возникали в мятежную эпоху III-V вв. и исчезали, не оставив следа.

Китайцы называли подданных ханов Ашина–Ту-кю. Это слово удачно расшифровано П. Пельо как «тюрк+ют», т.е. «тюрки», но с суффиксом множественного числа не тюркским, а монгольским. В древнетюркском языке все политические термины оформляются монгольским множественным числом.

… Само слово «тюрк» значит «сильный, крепкий». Согласно А.Н. Кононову, – это собирательное имя, которое впоследствии превратилось в этническое наименование племенного объединения. ...

Предгорья Монгольского Алтая, куда попали беглецы, были населены племенами, происходившими от хуннов, говоривших на тюркских языках. С этими аборигенами слились дружинники князя Ашины и наделили их (потомков гуннов? – а.к.) именем «тюрк» или «тюркют»[18].

У Н.Я. Бичурина не говорится о «князе Ашине». Титул «князь» добавлен Л.Н. Гумилевым.

Разберемся с княжеским титулом у гунн. Читаем у Н.Н. Крадина в его монографии «Империя Хунну». Положение на иерархической лестнице «определялось степенью влияния и количеством подчиненных им людей». По китайским источникам были «князья» высшего, среднего и низшего ранга. Они были племенными вождями. Круг выполняемых обязанностей племенных вождей, судя по всему, был традиционен. В мирное время – управление перекочевками, улаживание конфликтов между подданными. В военное время вожди выполняли функции офицерского корпуса в зависимости от того места, которое они занимали в военно-административной иерархии империи. Китайские летописи упоминают, например, указ шаньюя Учжулю от 11 г. н.э., в котором он «объявил всем дувэям правых и левых земель и всем пограничным князьям, чтобы они совершали грабительские набеги на пограничную линию (с Китаем – а.к.), причем крупные шайки насчитывали более десяти тысяч, средние – несколько тысяч и мелкие – несколько сот всадников» [27].

Из вышеизложенного следует, что Ашина управлял не крупной, а «мелкой» шайкой в 500 всадников. Вот его истинное «положение на иерархической лестнице». Знали ли алтайцы о статусе гостя, «князя Ашины»? Да. У Н.Н. Крадина»... известно, что народы, зависимые от хунну, были обязаны поставлять воинские контингенты для участия в боевых действиях на стороне метрополии кочевой империи или выполнять аналогичные обязанности на своей территории [27].

Следовательно, воинские контингенты вассалов в период боевых действий возглавлялись их вождями, которые выполняли функции офицерского корпуса. Статус вождей определялся количеством подчиненных им воинов, как и у их сюзеренов из метрополии – гунн . Иерархическую лестницу гуннов, сяньби и жуаньжуаней, вассалами которых в разное время были алтайцы, они знали хорошо. Очевидно, прием «князя Ашины» соответствовал его истинному статусу.

Какого бы происхождения ни были те «пятьсот семейств», которые объединились под именем Ашина, между собою они объяснялись по-монгольски до тех пор, пока перипетии военного успеха не выбросили их из Китая на Алтай ( бегство от врага–это, оказывается, «перипетии военного успеха» а.к.). Однако столетнее пребывание в тюркоязычной среде, разумеется, должно было способствовать быстрой перемене разговорной речи, тем более, что «пятьсот семейств » монголов были каплей в тюркском море.

Надо полагать, что к середине VI в. и члены рода ашины и их спутники были совершенно «отюречены» и сохранили следы монголоязычия лишь в титулатуре, которую принесли с собой.

Если бы род ашины составлял ядро, элиту среди алтайских племен, то свой язык, традиции они должны были сохранить, а свое культурное влияние расширить среди аборигенов, но почему-то оказались растворившейся «каплей в тюркском море».

Примечание. О языке гуннов. В настоящее время наиболее обоснованной считается точка зрения, согласно которой « … язык гуннов является изолированным и не имеет родственников среди известных нам языков (G. Doerfer. Zur Sprache der Hunnen. Wiesbaden, 1973) [20]. Со ссылкой на этот же литературный источник пишет Л.Р. Кызласов в статье «Первый Тюркский каганат и его значение для истории Восточной Европы», читаем: « … гунны, вторгшиеся в Европу за 200 лет до тюрков, не были, как оказалось, ни тюрками, ни монголами. … гунны говорили на языке вымершей языковой семьи».

в двух легендах о происхождении тюрок первое место принадлежит прародительнице – волчице. Для обеих несколько разнящихся легенд характерно то, чтов них нет никакого намека на историческое событие переход орды Ашины из Ганьсу.

Надо полагать, что в восприятии алтайской элиты появление на Алтае маленькой группы вассалов жуаньжуаней не воспринималось ими как «историческое событие». Очевидно, что они попали в подчинение к алтайцам и заняли им подобающую социальную нишу людей, оказавшихся в двойном рабстве. Но об этом ниже.

Первая легенда любопытна тем, что она знает об «отрасли дома Хунну от Западного края на запад», т.е. о державе Аттилы (У Н.Я. Бичурина «от Западного моря на запад» а.к.). Эта отрасль была начисто истреблена соседями; уцелел лишь один девятилетний мальчик, которому враги отрубили руки и ноги, а самого бросили в болото. Там от него забеременела волчица. Мальчика все-таки убили, а волчица убежала на Алтай и там родила десять сыновей. Род размножился, и «по прошествии нескольких колен некто Асянь-ше со всем аймаком вышел из пещеры и признал себя вассалом жужаньского хана».

Итак, согласно этой легенде, алтайские тюрки-тукю (тюркют) происходят от западных гуннов, но не прямо, а мистически, через посредство волчицы, причем, если учесть, что западные гунны были уничтожены около 468 г., а тюрки выступают как народ уже в 545 г., то можно было бы только подивиться быстроте размножения их и смене поколений!

Если основу каганата, как считал Л.Н. Гумилев, составляли «уничтоженные около 468 г.» гунны, то, конечно, можно «только подивиться быстроте размножения» , но каганат создавали местные, алтайские племена, которые в тот исторический период были достаточно многочисленны. Нужно отметить, что никто не описал, что какая-то часть гунн вернулась в Монголию, а точнее, в Южный Алтай, и там усилилась.

Примечание. В монографии Ивика О., Ключникова В. «Гунны» в главе «Поздние гунны» описаны немногочисленные гуннские захоронения V-VI вв. н.э. в Северном Причерноморье, Северном Поволжье, Южном Урале, Центральной Азии, Синьцзяне (Западном Китае). Заключение авторов – читаем: «Таким образом, есть некоторые основания полагать, что европейские гунны во второй половине V или в начале VI века достигли границ Западного Китая и вернулись туда, откуда ушли их предки – сюнну, разгромленные китайцами на рубеже I и II вв. н.э.» В работе не приводятся свидетельства заселения Алтая гуннами в V - VI вв. н.э. [24].

Вторая легенда выводит тюрок от местного рода со и опять-таки волчицы. Все представители рода со, по легенде, погибли «из-за собственной глупости» (в чем она проявлялась, не объяснено), только четыре внука волчицы уцелели. Первый превратился в лебедя, второй поселился между реками Абу и Гянь под именем Цигу, а третий и четвертый – на р. Чуси (Чуе) в южном Алтае (Южном и Центральном Алтае – а.к.). Эта легенда объяснена Н.А. Аристовым, который сопоставил со легенды с родом со у кумандинцев – североалтайского племени на р. Бие. Первого внука увязал с племенем лебединцев – ку-кижи, а второго – с кыргызами, жившими между Абаканом (Абу) и Енисеем (Гянь-Кем). Внук старшего сына, Асяньше, – герой первой легенды. Здесь они обе смыкаются.

Следует отметить, что Л.Н. Гумилев подробно описывал похождения Ашины из Ганьсу на Алтай, т.е. явно придерживался гипотезы о внеалтайском происхождении основателей Тюркского каганата, поэтому очень кратко изложил вторую, основную легенду.

Вместе с тем, в книге Л.Н. Гумилева есть информация об Алтае как родине тюрок. Описывая события, которые разворачивались в 490 г. на территории Монголии между китайцами и жуанями, Л.Н. Гумилев пишет: «В это самое время в Алтайских горах сложились в народ тюрки» [7].

В шестой главе «Тюрки у себя дома» Л.Н. Гумилев подробно описывает жизнь тюрок на Саяно-Алтае, используя материалы С.В. Киселева, Л.Р. Кызласова и др. [26, 29]. «Первой специальностью, с которой тюркюты выступили на арену всеобщей истории, было добывание железа.

В 546 г. жужаньский хаган Анахуань называет вождя тюркютов «мой плавильный невольник», подчёркивая главное занятие тюркютов.

Археологическими разведками обнаружены памятники тюркютской металлургии VI-IX вв. На Алтае найдены следы добычи железной руды, неглубокие шурфы и забои, относящиеся к этому же периоду. Способ получения железа был сыродутным. Восстановление железа путём химического соединения его окиси с окисью углерода давало губчатую металлическую массу, так называемую крицу. Качество кричного железа даже теперь считается гораздо выше доменного .

Из высококачественного железа алтайские кузнецы изготовляли однолезвийные ножи, тёсла-топоры, стремена, удила, мечи, сабли с малым изгибом и массивным клинком, наконечники копий и стрел, а также железные котлы двух типов: круглые – подвесные и стоячие – на конической ножке. Добыча и обработка металлов в эту эпоху производились также на территории современной Тувы, причем добывалось не только железо, но и золото, серебро, олово и медь.

К сожалению, горные разработки кочевников раннего средневековья ещё не подверглись систематическому исследованию, но даже те .... данные, которыми мы располагаем, заставляют нас доверять письменным источникам , утверждающим, что тюркюты выступили на арену мировой истории как народ, впервые освоивший в Центральной Азии промышленную добычу железа и благодаря этому поставивший себя в независимое положение по отношению к Китаю и Тибету, откуда до этого времени кочевники получали железное оружие, необходимое для успеха их военных предприятий. Железо и раньше было известно кочевникам, но только тюркюты ввели его в массовое употребление. Земарх, увидев тюркютов, предлагающих ему железо для продажи, был чрезвычайно удивлён и заподозрил, что это делается нарочно, чтобы дезориентировать его: «ибо обыкновенно говорят, что у них трудно доставать железо».

Развитие металлургии позволило тюркютским ханам перевооружить свою армию и создать отборные, ударные части из латной кавалерии – фули китайских источников (т.е. «волки» – бури – названные так «в память» своего мифического происхождения от волчицы). «На их вооружении были роговые луки, панцири, копья, сабли и палаши». Эти краткие сведения письменных источников, к счастью, могут быть дополнены археологическим материалом. В Эрмитаже хранятся глиняные статуэтки, изображающие тюркютских гвардейцев. Статуэтки сохранились в погребении китайского вельможи вблизи Турфана (конец VII в. – начало VIII в.). Пехотинцы и всадники одеты одинаково – в платье, приспособленное для верховой езды. Это указывает на то, что у тюркютов пехоты, как особого рода войск, не существовало.

Лошади у тюркютов, судя по изображениям, высокие с широким крупом, тонконогие, с короткой шеей и тяжёлой головой.

... тюркютская гвардия была регулярной тяжёлой конницей, приспособленной к действиям не только в степи, как все её предшественники, но и в горах. Тюркютские латники оказались достойным противником и для китайских пеших копейщиков, и для иранских конных стрелков. ...

Но кроме панцирной кавалерии у тюркютов были легковооружённые конные стрелки, набираемые среди покорённых народов. Изображение такого воина на бронзовой бляхе найдено С.В. Киселёвым в 1939 г. при раскопках у села Копёны. «Всадник без головного убора. Его длинные волосы развеваются по ветру. Их сдерживает затянутая сзади узлом повязка. Полудлинный кафтан перетянут поясом. Сапоги мягкие, без каблуков. С правого бока висит колчан, расширяющийся книзу. Лук сложный, в виде буквы М. ... Бляха твёрдо датируется VII в.

Таким образом, археологический материал пополнил пробел письменных источников. Наличие у тюркютов панцирной конницы объясняет их быстрые успехи. В дотюркский период бои решали конные стрелки из лука; появление панциря свело их значение почти на нет. В рукопашной схватке с легковооружённым противником тюркютская тяжёлая конница имела все преимущества , тем более, что тюркюты ввели конный строй. Однако прекрасная в полевой войне тюркютская армия совершенно не годилась для осад, так как спешенный латник мало боеспособен. Городские стены положили предел распространению тюркютской державы и спасли независимость Китая и Ирана, но в степи тюркютская конница долгое время не имела себе равных».

Это не так. Города, надо полагать, штурмовали «легковооруженные конные стрелки» из «покоренных народов». Тюрки стремительно захватили Тбилиси, а также города Китая и Средней Азии. В 576 г. взяли византийскую крепость Боспор и проникли в Крым [17, 60].

Примечание. Крепость «Боспор, столица Боспорского царства, находилась близь современного города Керчи»[13].

В дополнение к вышеописанному – материал из книги Ю.С. Худякова «Золотая волчья голова на боевых знаменах».

«Одна из главных причин военных успехов тюрок – развитое военное дело, их превосходство над другими кочевыми племенами в обладании оружием ближнего боя и защитном вооружении, дававшее войску преимущество в ходе сражений. Высокоразвитое железоделательное, кузнечное и оружейное ремесло позволило древним тюркам еще в период проживания на Алтае обеспечить отряды своей конницы превосходным оружием и доспехами.

... Отряды панцирной кавалерии были главной ударной силой в ходе таранной атаки противника в ближнем бою. Важнейшее оружие древнетюркских панцирных всадников – это ударные копья с ромбическими железными наконечниками на длинных древках. Стремительной атакой конные копейщики сминали вражеское построение и обращали противника в паническое бегство. В рукопашных схватках воины поражали врага сокрушительными ударами своих мечей с длинными, прямыми обоюдоострыми клинками. Для защиты они надевали длиннополые ламеллярные доспехи из узких, соединенных между собой в ряды железных пластинок, прошитых кожаными решками. На петроглифах Хар-Хада изображены тяжеловооруженные всадники в длиннополых доспехах – катафрактах. Металлической катафрактой защищены тело воинов, туловище и ноги, но оставлены свободными руки и плечи. На головах всадников – островерхие шлемы с перьями или рогами. Защитной попоной накрыты и боевые кони. Появление и распространение тяжелого защитного доспеха привело к изменениям в снаряжении боевого коня и повлекло за собой развитие новой тактики конного боя – атаки плотно сомкнутым строем или таранного удара. Необходимость садиться в седло в тяжелом защитном облачении привела к появлению жесткого остова с подножкой или петлей, подвешенной к седлу с левой стороны, а затем и стремян. В период существования Первого Тюркского каганата металлические орнаментированные стремена, характерные для древних тюрок, получили распространение по всей степной полосе Евразии» [60]. (Приложение №3).

Л.Н. Гумилев описывает Алтай как центр металлургии и основного поставщика оружия. Кого же вооружали алтайские металлурги и оружейники? Быстро размножившихся гуннов на Южном Алтае? Оказывается, нет. Вооружали своих соплеменников.

Читаем Л.Н. Гумилева. «Западный поход возглавил Истеми-каган, младший брат Бумына.Истеми-каган еще раньше сопутствовал Бумыну икомандовал десятью вождями, очевидно, племенными (Л.Н. Гумилев ссылается на лит. ист. Chavannes E. Documents... P.38.); скорее всего, они были предводителями североалтайских племен угорского происхождения. Их потомками, ныне отюреченными, являются ... кумандинцы, лебединцы и др. Не случайно имя хана Истеми не тюркское, а угорское и является названием духа – предка».

Л.Н. Гумилев приводит литературный источник [Gyorffy O. Duclan hongrois aucomit atdelat ribuaupays. IISz'szadok Budapest 1958. T.92. Fasc.5-6. P.950 sq.]. В ономастической таблице находим пояснение, что угорское «Истен» переводится как дух – предок.

Этнокультурные изменения, которые происходили в первые века н.э. на Северном Алтае, описанны в примечании.

Предтюркское время на Северном Алтае.

Примечание. В монографии Д.Г. Савинова «Народы Южной Сибири в древнетюркскую эпоху» в главе «Верхнеобская культура» читаем: «… на территории Северного Алтая складывается верхнеобская культура, сменившая здесь большереченскую. Открывший ее М.П. Грязнов писал, что, «начиная примерно со II в.н.э. весь внешний облик археологических памятников на Верхней Оби резко изменился, появилась и начала развиваться новая культура верхнеобская, привнесенная сюда извне и прошедшая в своем развитии три последовательных этапа: одинцовский (II-Vвв. н.э.), переходный (V-VIвв. н.э.) и фоминский (VII-VIII вв.н.э.)».

Происхождение верхнеобской культуры М.П. Грязнов связывал с угорскими племенами, пришедшими с северо-запада и вытеснившими или ассимилировавшими местное население большереченской культуры».

Позднее периодизация была пересмотрена Т.Н. Троицкой: «фоминский этап датируется I-III вв.н.э., переходный – III- IV вв.н.э., одинцовский –V-VI вв. н.э.. Именно в это время(переходный и одинцовский этап) на территории Северного Алтаяпоявляется обряд трупосожжения, который сочетается здесь с обрядом трупоположения с северовосточной ориентацией.

Население верхнеобской культуры было сложным по своему этническому составу и включало как минимум два компонента: северный, предположительно, угорский (круглодонные сосуды с характерной орнаментацией, … наземные срубные сооружения; многочисленные находки костяных наконечников стрел, свидетельствующие о развитом охотничьем промысле), и южный, предположительно, кыпчакский скотоводческий облик хозяйства, культ коня в погребально-поминальном цикле … .

Постепенное преобладание южного компонента убедительно прослеживается по материалам погребений, раскопанных А.П. Уманским на реке Чумыш, … по своему составу ближе памятникам тюркского времени нежели хуннского. В связи с этим А.П. Уманский поставил вопрос, «не является ли верхнеобская культура лишь вариантом более широкой культурной общности, распространившейся в Южной Сибири от Южного Алтая до Томска и Ачинска на севере, и пришел к выводу о возможности проникновения «в этническую среду не только Горного Алтая, но и Верхнеобья раннетюркских элементов, по крайней мере, с III-IV вв.н.э.».

Нужно отметить, что вышеописанные исследования археологов и выдвинутые ими гипотезы согласуются с описаниями в китайских исторических хрониках, что позволяет провести реконструкцию событий.

Вероятно, в III - IV вв. н.э. угорские племена напали на «владение Со», которое было расположено в междуречье р. Бии и р. Лебеди, на Северном Алтае . У Лю Мао цзая читаем: «Владение Со было уничтожено врагами, а спасшиеся роды рассеялись. Благодаря сверхъестественным способностям «сына волчицы» Ичжинишиду, его род оказался в наиболее благоприятном положении». Куда переместился род Ичжинишиду? Неизвестно. Но из хроник узнаём, что четыре его сына стали родовыми вождями в разных регионах Алтая. Из них «четвертый, старший сын» Нодулу–шад, был «избран вождем племен» в «горах в верховьях реки Чу (Чуя)». По географичес-ким ориентирам, а главное, по месту проживания современных тёёлёсов на Алтае (их определяющая роль в создании Тюркского каганата описана ниже) наиболее вероятно, что род Ичжинишиду обосновался на Улаганском плато.

Необходимо отметить, что Нодулу–шад возглавил родственные племена, что подтверждается информацией из легенды, читаем: « … старший сын был избран вождем племен, управляемых представителями рода Апанбу … . Это был Нодулу–шад». Нодулу-шад также был из рода Апанбу. Учитывая, что Улаганское плато с VI - V вв. до н.э. и до конца III в. до н.э. (по М.П. Грязнову, Л.С. Марсадолову) было родиной пазырыкцев, то и «вожди племен … рода Апанбу», наиболее вероятно, были потомками древних пазырыкцев [17, 37, 60].

На основании вышеизложенного можно предположить, что «владение Со» на Северном Алтае, было основано выходцами из Пазырыка (подробнее о саках – скифах Алтая и их связи с «владением Со» – ниже).

Постепенно усилив свои позиции в Центральном, Южном Алтае в IV в., потомки Ичжинишиду распространили свое влияние и на Северном Алтае, что проявилось проникновением «в этническую среду … Верхнеобья раннетюркских элементов по крайней мере с III-IV вв. н.э.» (по А.П. Уманскому).

Д.Г. Савинов приводит следующую периодизацию создания тюрко- язычных правящих династий: «раннетюркское время – V в.н.э. – середина VI в.н.э.; тюркское время – середина VI в.н.э. – середина IX в.н.э.; позднетюркское время – середина IX в.н.э. – конец X в.н.э. Раннетюркское время следует за позднехуннским (или предтюркским) временем когда происходило сложение прототюркского этнокультурного субстрата … до образования Первого Тюркского каганата …» [57].

С учетом данных А.П. Уманского, Д.Г. Савинова и проведенной автором очерка реконструкции дат рождения алтайских вождей в дотюркский, раннетюркский периоды (последняя глава очерка), вероятно, «предтюркское время» следует обозначить следующим временным интервалом – вторая половина IV в.н.э. – вторая половина V в.н.э.. «Предтюркское время» началось со второй половины IV в.н.э. после гибели «владения Со». Завершилось оно во второй половине V в.н.э., когда алтайский вождь Нодулу-шад получил «имя Тукюе»(Н.Я. Бичурин) или «звание тюкю» (Лю Мао цзай), что в переводе значило «сильный, крепкий».

Полагаю, что с появлением «звания тюкю» (тюрк) у вождя и названия его племени именем «тюкю» (племя тюрков), следует вести отчет о начале «тюркского времени».

В свете представленного в примечании материала становится понятным и происхождение угорского имени у Истеми и то, что он « командовал десятью вождями», которые «были предводителями североалтайских племен угорского (точнее сако-угорского – а.к.) происхождения».

Имя у Истеми, конечно же, не случайное, как не случаен был и приход к управлению западным крылом каганата (через поколение после Истеми) ханов из североалтайского, кумандинского рода тон (тонг). Но подробнее об этом, ниже.

Для того, чтобы узнать какие алтайские роды составляли основу каганата, рассмотрим систему управления тюрок.

Организация каганата

По Л.Н. Гумилеву, – «первым лицом в государстве после хана был ябгу. Собственно говоря, ябгу был вице-королем, и на эту должность чаще всего назначались члены царствующего рода. Например, при Иль-хане Бумыне чин ябгу имел его родной брат Истеми. Но вместе с тем ябгу не был наследником престола; наследник назывался «тегин» вне зависимости от занимаемой должности. Титул «шад» принадлежал принцам крови, имеющим в своем управлении уделы , например, Сымо, впоследствии хан не смог стать шадом из-за подозрения, что он незаконнорожденный»[17].

У Ю.С. Худякова: «Важным фактором успеха в многочисленных войнах было формирование десятичной военно-административной системы деления войска и народа, заимствованной древними тюрками у жуаньжуаней.Древнетюркское войско делилось на два крыла: восточное толос и западное тардуш. В китайских источниках приведены сведения о разных по численности (от 500 до 10 тысяч воинов) отрядах древнетюркских войск. А общая численность армии составляла от 100 тысяч до одного миллиона человек. Даже если эти сведения преувеличены, очевидно, что Первый Тюркский каганат располагал внушительной военной силой. Войско делилось на отряды по десять тысяч, тысяче, сто и десять воинов, а каждый отряд – на два крыла. Масштаб и протяженность театра военных действий в период Первого Тюркского каганата были необычайно велики: от южных районов Сибири до границ Китая, Ирана и Византии» [7, 60]. (Приложение №3).

Разберемся с терминами, обозначающими деления каганата на левую и правую стороны, толос и тардуш.

Тёёлёс (толос/толис) и тардуш.

Читаем у Л.Н. Гумилева: «Обычная организация орды как войска предполагает наличие правого и левого крыла. Таковыми были толос – восточное и тардуш – западное крыло. После детального разбора терминов «толос» и «тардуш» у И.А. Клюкина полемика по поводу отождествления военно-административных терминов с какими-либо определёнными племенами излишня »[17].

Статья И.А. Клюкина была опубликована под названием «Новые данные о племени толисов и тардушей» //Вестник Дальневосточного отделения в регионарном издательстве Академии наук СССР. 1932. 1-2.

Мне пока не удалось прочитать оригинал, но есть подробный анализ работы И.А. Клюкина у Л.П. Потапова. В его историческом очерке под названием «Этнический состав и происхождение алтайцев», в главе «Телесы», читаем: «... в рунических памятниках древнетюркской письменности обнаружен термин толис, который вначале был прочитан В. Радловым как телес, с которым стали обычно отождествлять теле китайских исторических источников. На этом основании Н.А. Аристов счел телес за одно из главных племен тюрков-тугю, ибо в Орхонских надписях ясно выступает деление древних тюрков на телес и тардуш, причем телесы из них были восточными, а тардуши – западными» [46]. У Н.А. Аристова подробнее: «Телес есть имя племени особого от теле, потому что с монгольскими окончаниями из него вышло бы телесут или телесгут, а не телеут и теленгут. Надо полагать, что это – остаток тюрков – тюкю, у которых, как видно из надписей на памятниках Кюль-тегину и Могилянь-хану на Орхоне, существовало два главных рода или племени телес и тардуш. Правители этих племен были всегда из ближайших родственников хана: назывались для первого(рода) – ябгу и у второго (рода) шад.От тардушей, занимавших земли на западе тюркских владений, ныне нет следов. От телесов же, считавшихся восточными, в качестве старшего рода, если не по положению земель, – остались немногочисленные потомки на Алтае, – отечестве тюрков – тюкю» [2].

След от тардушей удалось найти у того же Л.П. Потапова, но об этом ниже. Л.П. Потапов приводит литературный материал по этимологии слова толос (телес), из анализа которого И.А. Клюкин выдвинул свою гипотезу. «Вопрос о чтении интересующего нас этнонима в древнетюркских надписях, как нам кажется, до сего времени не получил ясного ответа. Напомним, что В.В. Радлов и П.М. Мелиоранский читали этот термин как толес. В частности, они прочитали так надпись на первом камне из вереницы балбалов, стоящих у остатков храма, воздвигнутого при похоронах в честь умершего Бильге-кагана (Могилян-хана). Надпись гласит: «Это каменный балбал [в память] шада толесов». С.Е. Малов читал данный термин в разных памятниках по-разному. Приведем примеры. В памятнике Кюль-тегина он называет язык народа, которому умерший «дал устройство», в транскрипции molic, в переводе – тёлис. В памятнике же в честь Могилян-хана: в транскрипции molac, в переводе –толес. Однако в памятнике Моюн-чура в транскрипции дан уже термин molic (в переводе, тёлис). Л. Амбис дает Орхонское название этому термину tolas (tolos), а Э. Пулибланк – tolis. Чтение толис у нас ввел, видимо, И.А. Клюкин, который почему-то не счел нужным аргументировать это, хотя он не мог не знать, как читали данный термин В.В. Радлов и П.М. Мелиоранский. ... Поскольку чтение в древне-тюркских надписях исследуемого нами термина тёлёс, созвучного современному алтайскому этнониму, нельзя считать общепринятым у современных востоковедов мы, конечно, должны иметь в виду и термин толис.

... Толис в то время был названием лишь географического военно-административного подразделения (у тюкю, токуз-огузов, а затем уйгуров) со значением «восточная половина» или «восточное (левое) крыло». Изложенное мнение принадлежит проф. И.А. Клюкину и принято современными тюркологами и синологами. Исследовавший термины толис и тардуш И.А. Клюкин допускает, что оба они как названия левой и правой половины (или крыла) первоначально могли быть этнонимами, взятыми из тюрко-язычной племенной среды, в которой возникло это деление,но он допускает также и происхождение их от названий географической среды» [46].

Как видим и сам И.А. Клюкин однозначного мнения не придерживался. Далее Л.П. Потапов пишет: « ... разделяя точку зрения И.А. Клюкина на значение термина толис в Орхонских надписях, мы не видим препятствия для предположения о существовании в то же время этнонима телес ». И еще: ... «Существование термина толис в значении «восточная половина» не исключает одновременного бытования этнонима телес. В восточную половину входили многие племена теле, в частности, племена токуз-огузов (в том числе теленгит-доланьге, дубо-туба, бугу и др.), но это не помешало им сохранить свои собственные названия, в которых никак не отражена их принадлежность к правому (левому крылу – а.к.) крылу племен.

... В связи с изложенным нельзя не упомянуть мнения В.В. Бартольда о том, что телес (толис) орхонских надписей следовало бы связывать не с наименованием теле, как это делали В. Томсен и др., а с этнонимом, переданном китайской летописью в форме ту-ли как название одного из племенных подразделений, кочевавшего в Монголии. Мнение В.В. Бартольда поддержали П.М. Мелиоранский и Г.Е. Грумм-Гржимайло»[46].

У Г.Е. Грумм-Гржимайло написано: «Лично я склоняюсь к тому, что толёс, это – то-ли или ту-ли китайской летописи, коренное тюркское племя, кочевья которого до 630 года находились в восточной Халхе. … О то-ли мы находим в китайских исторических сочинениях следующие указания. Когда Восточно-Тюркское государство пало, и Халхой завладели теле, племя то-ли оказалось единственным, которое не смирилось со своей участью. Имея во главе Ашина Чэ-би, оно откочевало на запад, на Алтай …» [13] . (Подробнее о Чэби-хане, ниже – а.к.).

И еще из Г.Е. Грумм-Гржимайло: «Он (Ильтэрэс-каган) дал устройство племенам тёлес и тардуш и назначил тогда же ябгу и шада. … настоящие тюрки … во вновь образованном Кутлугом (Ильтэрэсом) ханстве (Втором Тюркском каганате) представлены лишь родами тёлес и тардуш. … Как бы то ни было,племя ту-ли действительно существовало, и не исключено, что название это звучало у его носителей как тёлес»[13].

Примечание. По мнению писателя востоковеда-алтаиста Б.Я. Бедюрова, правильное написание этнонима «тёёлёс» (личная консультация – а.к.).

Из материалов Л.П. Потапова видно, что И.А. Клюкин относился к слову толис (тёёлёс) неоднозначно. Он допускал, как происхождение слов толис (тёёлёс), тардуш от этнонимов, так и их изначальное обозначение той или иной стороны. Л.П. Потапов больше склонялся к мнению одновременного существования как этнонима толис (тёёлёс) и тардуш, так и обозначения этими терминами сторон. Н.А. Аристов как и Г.Е. Грумм-Гржимайло однозначно связывал названия толис (тёёлёс) и тардуш, прежде всего, с главными («настоящими») тюркскими родами. Л.Н. Гумилев, исказив И.А. Клюкина, почему-то принял значение слов толис (тёёлёс) и тардуш только в значении географического расположения.

Подытоживая тему, следует отметить, что трактовка Л.Н. Гумилева противоречит информации из его же книги. Начнем с первых каганов. Бумын воевал на востоке, но у него не было обозначения толис (тёёлёс). Истеми был главнокомандующим на западе, но не имел обозначения тардуш. Его сын Кара-Чурин был на западе и имел обозначение тардуш, но при ведении боевых действий на востоке с Китаем у него не было смены обозначения тардуш на толис (тёёлёс). Брат Шаболио Чулохоу имел обозначение толис (тёёлёс), но, управляя боевыми действиями на западе (где и погиб), не сменил обозначение на тардуш. Все ханы рода тон (тонг) были на западе, но ни один из них не имел обозначение тардуш и т.д.

Об этнониме тардуш (тодош)

У Н.А. Аристова написано, что о «тардушах ныне нет следов»[2], но след их найден у того же Л.П. Потапова. Читаем главу «Тиргеши и Дулу».

«Из этнонимов северных алтайцев большой исторический интерес представляет название сеока и волости Тиргеш. Тиргешская волость XVII в., как уже отмечалось, в XVIII в. стала именоваться в официальных документах как Кергешская. Но название тиргеш в среде самих тубаларов было устойчиво и сохранилось до сего времени. Этноним тиргеш у тубаларов сопоставляется, конечно, с этнонимом западных древних тюрков – тюргеш. В VII -VIII вв. тюргеши жили по соседству с Западным Алтаем и входили в объединение западных тюркских племен дулу, кочевавших на территории Семиречья. Как и этноним тардуш (тодош), название тиргеш служит существенным подтверждением участия племен тюкю в этническом составе предков современных алтайцев.

Современные алтайские тубалары в данном отношении особенно показательны. У них выявляется целый комплекс этнонимов древнетюркского времени. Если взять состав сеоков той же Тиргешской волости, то их названия дают сразу три таких древних энтонима: тиргеш, тогус и чыгат. Первый из них идентичен термину тургеш, которым именовалась часть древних тюрков-тюкю, а второй и третий связываются с племенными названиями токуз-огузов и чик, т.е. древних теле»[44].

Потомки древних тюргешей проживают там же, где изначально проживали их предки: в северной части Телецкого озера в 60 км от «владения Со» и таежной части между Бией и Катунью. Не случайно и их название, йиш-кижи, т.е. люди черни или тайги.

Род тардуш (тодош) входит в состав собственно алтайцев, алтай кижи; есть и у теленгитов, проживающих в Центральном Алтае.

Когда же возникло разделение на толис(тёёлёс) и тардуш? Читаем у Н.Я. Бичурина: «Дом Тукюе почти при начале своем разделился на два: восточный и западный» [6].

Прошли века, нет давно уже ни левой, ни правой сторон Тюркского каганата, но имя родов тёёлёс (толис), тардуш (тодош) сохранилось у алтайцев. Тёёлёс (толис) и тардуш (тодош) – это, прежде всего, два древних алтайских рода, а географическое обозначение в виде сторон возникло позднее с учетом преимущественного расположения этих родов на территории Тюркского каганата.

После уточнения обозначения слов толис (тёёлёс) и тардуш (тодош) рассмотрим « ономастическую таблицу» , составленную Л.Н. Гумилевым и М.Ф. Хваном, которая «помогает кодифицировать разночтения имен ханских первого каганата и наглядно показать результаты работы по восстановлению звучаний тюркских имен, известных из иноязычных источников» [18]. Таблица, для большей информативности дополнена автором очерка. Источник «пополнения» – перевод Н.Я. Бичурина [6]. Авторский комментарий выделен жирным курсивом.

ОНОМАСТИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА

№ п/п

Китайское

чтение.

Греческое, арабское,

персидское, армянское, согдийское чтение.

Принадлежность к роду и родственные связи.

Тюркское чтение

Перевод и комментарий.

Дополнит. авторский комментарий.

1

2

3

4

5

1

Тумын

Или-кэхань

Бумын. Иль-хан.Племя толис.

Бумын (ор.)

Иль-хан

Титул принят после победы над жужанями в 552 г. До этого назывался ябгу.

2

Шидяньми // Шэдими или

Сэдими Мохеду шеху

Шисин було-кэхань

Сильзивул // Дизавул (гр.) Синджибу (ар.) Хакан-и-чин (перс.) Стемби-хаган (гр.)

Брат Бумына. Племя толис. Родоначальник рода тардуш?

Истеми (ор.) багадур-джабгу

Ср. угорское «Истэн» дух предок.

Богатырь-зам. хана (двусложный титул).

Хан десяти племён (китайское нарицательное обозначение).

3

Коло Исиги-кэхань

Аскель (гр.)

Исиги-хан Коло.Сын Бумына. Племя толис?

Кара Иссык-хан

«Чёрный горячий хан».

4

Мугань (Муюй) – кэхань

Сыгинь // кигинь

Цзушу // кушу Яньду

Мугань-хан. Сын Бумына. Племя толис?

Кушу

Янды

Муюй – неверное чтение.

«Племянник, внук» титул.

«Птица» – имя.

«Победитель» – прозвище.

5

Тобо-кэхэнь

Арсила.

Тобо-хан. Сын Бумына. Племя толис?

Тапу-хан (?)

Арслан

«Патра» (буддийская чашка для сбора подаяния) – прозвище.

«Лев» – имя.

6

Жутань

Були-кэхань

Бо-хан (гр.)

Були-хан. Сын Бумына. Племя толис?

Йохдан (?)

Бури-хан

«Усопший, погибший».

«Волк».

(Возможно, что это отец и сын).

Отправлен в западное крыло. Нет обозначения тардуш

7

Дяньгу // Дяньгю

Дату-кэхань

Бугя-кэхань

Симянь-кэхань

Кара Джурин Тюрк (перс.)Тарду (гр.)Биягу (перс.)

Кара Чурин. Сын Истеми. Род тардуш.

Кара Чурин Тюрк,

Боке-хан

Тардуш-хан

«Увечный, прокажённый тюрк».

«Герой, могучий».

«Хан западной окраины».

Хан западного крыла. Воевал и на востоке с Китаем, но толис – ханом не назывался.

8

Таньхань-кэхань

Турксанф (гр.)

Таньхань-хан. Сын Тобо-хана. Брат Шаболио. Племя толис?

Тамган-хан (?)

Отождествление сделано на основе косвенных данных, а восстановление имени гипотетично.

9

Шету // Нйету и Дитоу // Етоу

Эрфу-хан // шад

Или-гюйлу ше

Мохэ Шаболо-кэхань

Шаболио

Шаболио-хан Нйету. Сын Тобо-хана. Племя толис?

Эр-бег-шад

Иль-кюлюг шад

Бага Ышбара-хан

«Мужественный».

«Державы славный князь,Божественный могучий хан».

«Грабитель» – кличка.

Направлен отцом управлять восточной стороной. Нет обозначения толис.

10

Чулохоу Шеху-кэхань

Мохэ-кэхань

Шеху-хан Чулохэу. Млад. брат Шаболио. Племя толис.

Чулу // Чоллиг джабгу-хан

Бага-хан

«Каменистая пустыня».

Хэу // хоу – китайский княжеский титул второго ранга.

Тюркский эквивалент неизвестен.

У него есть обозн. толис в тексте книги Л.Н. Гумилева. Воевал и на западе. Изменения обозначения толис на тардуш нет.

11

Далобянь

Або-кэхань

Турум (гр.) Абруй (перс.)

Або-хан. Сын Мугань-хана от наложницы. Внук Бумына. Племя толис?

Торэмен

Апа-хан

«Я в законе» отражение его претензий.

«Старейший хан», но не старший // главный.

В его подчинении были племена теле и род аба (абинцы/абалары).

12

Яньло // Аньло

Диэр-кэхань

Яньло-хан. Сын Тобо-хана. Брат Шаболио. Племя толис?

Амрак

«Спокойный, смирный». «Второстепенный».

13

Дилеча // Дигинша

Дилэча-хан. Двоюрод. брат Шаболио. Племя толис?

Тегин-шад

Титул.

14

Моходу-хэу

Кюйли Сыби-кэхань

Органа (гр.)?

Кюйли Сыби-хан // Мохэду. Родственник Тун Шеху-хана. Род тонг? Род тардуш?

Ураган или Ураг?

Кюлюг Сибир-хан

Багадур-князь.

«Буря» или «старейший родственник по женской линии» гипотетично.

«Славный сибирский хан».

Н.Я. Бичурин »... а родственник Мохэду убил его» (Тун Шеху-хана).

15

Янсо-дэлэ // тегин

Дулу-кэхань

Соух // Сойа // Савэ (перс.)

Шаба (ар.)

Шири-кишвар

Янсо-дэлэ // Дулу-хан. Сын Кара Чурина. Внук Истеми. Родоначальник рода тонг? Род тардуш?

Янг-Соух-тегин

Дулу-хан

Иль-Арслан

«Новый // большой мороз».

«Лев народа» гипотеза С.П. Толстова.

Был на западе. Нет обозн. тардуш.

(464/465)

16

Юн Юйлюй

Дулань-хан

Хан, который не был родственником Хормизда.

Дулань-хан Юнюйлюй. Сын Шаболио. Племя толис?

Юн улуг

«Поднятая (вверх) судьба / доля» прозвище.

(Возвышенный удел).

17

Дусилу // Дусулу

Дусулу-хан. Сын Шаболио. Племя толис?

Тюзлюк

«Соглашатель» кличка; личное имя неизвестно.

18

Жаньгань

Тули-кэхань

Киминь-кэхань

Кижинь-кэхань

Или Мидоу...

Кижинь, Жаньгань Тули-хан. Сын Шеху-хана Чулохэу. Двоюродный брат Дулань-хана.Племя толис.

Жангар

Толис -хан

Иль бирды...

«Победитель» почётное имя.

Хан восточного крыла.

«Державу отдал...».

Тули переводиться как толис.

19

Шаболо Суниши-ше

Шаболо-Суниши-шад. Млад. брат Кижиня, сын Шаболио. Племя толис?

Ышбара Суниши-шад

«Могучий князь

[племени] шуниши».

20

Нили-кэхань

Йаль-тегин (ар.)

Пармуда (перс.)

Нили-хан. Сын Янсо-дэлэ-тегина. Внук Кара Чурина. Род тонг? Род тардуш?

Иль-тегин

Буюрук

«Наследник престола».

«Поручик» чин. Офицерский чин он имел в войске своего отца, а «наследником» назывался потому, что престол принадлежал его деду и после гибели его отца .

21

Поши-дэле

Поши-дэлэ. Сын Кара Чурина. Род тардуш?

Басыл-тегин

«Принц-жертва».

22

Шегуй-кэхань

Шегуй-хан. Сын Янсо-дэлэ. Внук Кара Чурина. Правнук Истеми. Род тонг? Род тардуш?

Шегуй-хан

Слово сяньбийское и переводу не поддается

Был на западе. Нет обозн. тардуш.

23

Тун-шеху-кэхань

Ба си юй

«Царь севера» (арм.) Тун/Тонг Шеху-хан. Правнук Истеми. Сын Янсо-дэлэ. Млад. брат Шегуй-хана. Род тонг.

Тонг- джабгу-хан

«Великий джабгу»

титул.

Гегемон Западного края.

Был на западе. Нет обозначения тардуш.

24

Мохэ-ше

Зигевил

Мохо-шад. Сын Янсо-делэ. Младший брат Тун/Тонг Шеху-хана. Род тонг? Род тардуш?

Бага-шад

Эльтебер

«Божественный князь».

«Наместник».

25

Шиби-кэхань

Дуги // Токи-ше

Шиби-хан Дуги, сын Кижинь-хана. Племя толис?

Шибир-хан

Тюрк-шад (?)

«Хан Сибири» (с переходом согласной).

Тюркский князь в своём улусе.

^

(465/466)

26

Чуло-кэхань

Чжиги-ше

Сылифо-ше

Чуло-хан, Сын Кижинь-хана. Племя толис?

Чулу // Чоллиг-хан

Джигит-шад

Силиг-бег-шад

Титул (см. №10).

«Молодец-князь»

прозвище.

«Красивый бег-князь» титул.

27

Xели // Сели-кэхань

Дуби

Мохэду-ше

Хели-хан. Сын Кижинь-хана. Племя толис?

Кат Иль-хан

Тугбир (?)

Багадур-шад

Жестокий хан державы.

Давший знамя?

Богатырь-князь.

28

Дамань

Нигю-Чуло-хан

Гэсана//Гйесана-хан-к.с.

Нигю Чуло-хан Дамань. Сын Нили-хана. Внук Янсо-дэлэ. Род тонг? Род тардуш?

Таман // Тамган (?)

Арслан (?)

?

?

Лев.

Был на западе. Нет обозн. тардуш.

29

Киу Дату-ше

Ту-у Гоба кюе-кэхань

Ирбис Болун-джабгу. Сын Тун/Тонг-Шеху-хана. Род тардуш (вариант – шад западного крыла из рода тонг?).

Кюль Тардуш-шад

Титул (см. № 7).

Дату перев. как тардуш. Шад западного крыла.

30

Дату-ше

Кара Чурин. (Повторение №7)

Тардуш -шад

Титул (см. № 7).

31

Шили-дэле // Тели-дэле

Иби Бололюй // [шэ] Болосы (верно) шеху-кэхань

Сы-шеху-кэхань

Шили-Дэлэ-хан. Сын Тун/Тонг Шеху-хана. Младший брат Кюль тардуш-шада. Род тонг? Род тардуш?

Толис-тегин

Ирбис Ышбара

Сы-джабгу-хан

Ирбис Болун-джабгу-хан

«Принц восточного крыла». «Барс могучий».

Насилием // вероломством [достигший титула] джабгу-хан».

Допущена ошибка. Слово « Тели-дэле» не переводиться как толис.

32

Дулу-кэхань

Нишу

Гяна-ше

Туналэу балиби // сылиби Дулу-хан

Къана (перс.)

Дулу-хан Нишу// Тунь-алэу Балиби Дулу-хан. Сын Мохо-шада. Внук Янсо-дэлэ. Племянник Тун/Тонг Шеху-хана. Род тонг.

Дулу-хан

Тонг алып силиг-бир (?)

Ханский титул (сокращённый). Княжеский титул.»Великий герой»,изящный Дулу-хан ханский титул (полный).

1

2

3

4

5

33

Тунво // Тонга-шэ

Шаболо Хилиши // Телиши-кэхань

Тунво Ше//Шаболо Хилиши-хан. Младший брат Дулу-хана Нишу. Племянник Тун/Тонг Шеху-хана. Род тонг.

Тонг- шад

Ышбара Толис-шад-хан

«Великий князь» титул.

Допущена ошибка. Слово «Телиши» не переводиться как толис.

34

Були-ше

И-були-ше

Шегуй-тэгин

Кюе

Шад (арм.)

Були-ше. Млад. брат Шаболо-Хилиши -хана. Род тонг? Род тардуш?

Бури-шад

Иль Бури-шад Шегуй-тегин

Кюль (ор.)

«Волк».

«Волк державы».

35

Шибоби Нибу-шад

Тули-кэхань

Шибоби Нибу шад-хан.Тули-хан. Сын Шиби-хана Дуги. Внук Кижинь-хана. Племя толис.

Толис -хан

« Хан восточного крыла»

Н.Я.Бичурин. « Хели-хан - племяннику, сыну Шиби-хана, дал имя Шибоби Тули-хан и поместил его на востоке».

36

Юйше-ше

Юйше-шад. Племянник Хели-хана. Племя толис?

?

37

Шэни // Шор

Ашина Шэни. Род ашины.

Шоно (монг.)

«Волк»

38

Юйгу-ше

Иби Дулу-кэхань

Иби Дулу-хан Юйгу Ше. Сын Хели-хана. Племя толис? Род тардуш?

Юкук-шад

Ирбис Дулу-хан

«Сова».

«Снежный барс».

39

Чженчу шеху

Инань

Сыби-дату-шад

Чженьчу//Сыби-шад. Сын Иби Дулу-хана Юйгу Ше. Внук Хели-хана. Род тардуш.

Дженчу

Ынан

Сибир-тардуш-шад

«Жемчуг».

Титул; букв. «Варвар-муж» (кит.) и «Доверенное лицо» (тюрк.).

Титул, не отражавший действительности. На самом деле он был джабгу Тохаристана.

40

Ими Нишу Сылиби

Ли сымо шуай

Иминишу Сылиби-хан Сымо. Ашина Сымо. Род ашины.

? алып

? герой. Пожалованная китайская фамилия, полководец.

Н.Я. Бичурин »Дальний родственник Хели-хана».

41

41а

Бихеду (неверно); (надо) [Нуши] би [мо] хэду шеху

Иби Шаболо шеху-кэхань

Бихеду-шеху. Родственник Тунво Ше. Род тонг? Род тардуш?

Гяны//Иби Шаболо Шеху-хан. Сын Бихеду Шеху. Двоюродный брат Икюйлиши Иби-хана. Племянник Тунво Ше. Род тонг? Род тардуш?

? Багадур-джабгу

Ирбис Ышбара джабгу-хан

«Нишубийский богатырь» прозвище. Титул (см №31)

Был на западе. Нет обозн. тардуш.

Был на западе. Нет обозн. тардуш.

42

Икюйлиши

Иби-кэхань.Мохэду Иби-кэхань

Икюйлиши Иби-хан.

Сын Тунво Ше//Шаболо Хилиши. Род тонг? Род тардуш?

Илькюлюг-шад

Ирбис-хан

Багадур, Ирбис-хан

«Державы славный князь» титул.

Был на западе. Нет обозн. тардуш.

43

Хэлу

Шаболо-шеху

Шаболо-кэхань

Ашина Хэлу/Халлыг Шаболо-хан. Сын Ибули Ше Шегуя Дэлэ Циоюе. Род ашины.

Халлыг (?)

Ышбара-джабгу

Ышбара-хан

«Поднявшийся» (?) кличка, имя неизвестно.

Титул «Могучий хан».

Н.Я.Бичурин «В 5 колене внук Истеми».

44

Мише

Килиби// Сылиби

Дулу-кэхань

Хинсиван-кэхань

Ашина Мише.

Род ашины.

?...мыш

алып

Уцелел только суффикс.

Герой (титул).

«Восстановивший утраченное величие хан» (кит. прозвище).

Н.Я. Бичурин «В 5 колене внук Истеми. Наследственный Мохеду Шеху».

45

Бучжень

Дулу-шеху

Гивангюе-кэхань

Ашина Бучжень.

Род ашины.

Дулу-джабгу

«Стремящийся к правде, доносчик» (кит.).

Титул.

Кит. прозвище.

46

Иби Шегуй-кэхань

Иби Шегуй-хан. Сын Икюйлиши-хана.Род тонг? Род тардуш?

Ирбис Шегуй-хан

47

Деюнь // Хиюнь

Мохэду-шеху

Чженчу/Сыби-шад (повторение №39).

Тьеин

Багадур-джабгу

«Верблюжонок» ласкательное имя.

Титул.

48

Юанькин

Ашина Юанькин.

Род ашины.

«Восстановивший утраченное величие».

49

Хянь

Ашина Хянь. Род ашины.

?

50

Хушэло Були-ше

Ашина Хусэло. Род ашины.

Кушрак Бури-шад

«Птичка». «Волк-князь».

51

Хуай-дао

Ашина Хуай Дао.

Род ашины.

?

52

Хинь (Синь)

Ашина Хинь. Род ашины.

?

53

Хубо

Ичжу Чеби-хан

Чеби-хан. Род ашины.

Ильчур

Кюбэ-хан

Алтайская ветвь.

Н.Я. Бичурин «Чеби-хан из рода ашины, племени тули», т.е. племени толис.

54

Нишуфу

Ашина Нишуфу. Род ашины.

Нишу-бег

Руководил восстанием. Убит своими подчиненными.

55

Фунянь

Фунянь-хан. Потомок Хели-хана. Племя толис?

?

56

Гудулу

Гудулу-хан. Брат Мочжо. Племя толис?

Кутлуг Эльтерес-хан

«Счастливец».

Н.Я. Бичурин «… дальний родственник Хели-хана».

57

Мочжо

Мочур. Мочжо-хан.

Род тардуш? Племя толис?

Капаган -хан

«Хищный хан».

Г.Е. Грумм-Гжимайло »… Мочжо, единственный брат Кутлуга(Гудулу), тогда шад тардушей».

58

Фугюй

Кюси-хан

Фугуй. Сын Мочжо. Род тардуш? Племя толис?

Богю

Правильно: «Тоси» прозвище «Властитель Запада» (кит.).

Поставлен Мочжо младшим ханом. Имел титул Куси-хан.

59

Яньвочжи

Янвочжи Дэлэ. Сын Мочжо. Род тардуш? Племя толис?

Ягычи

«Воевода»

60

Иние-хан

Ине-хан. Сын Мочжо. Род тардуш? Племя толис?

Инэль-хан

61

Мо-тегин

Мо-тегин. Сын Мочжо.

Род тардуш? Племя толис?

Бек-тегин

62

Дусифу

Дусифу. Сын Мочжо. Род тардуш? Племя толис?

Тюзель-бек

«Бек, улаживающий конфликты; посредник». Поставлен Мочжо старшим Ча.

63

Могилянь

Бигя-хан

Могюй

Могилянь-хан. Сын Мочжо. Двоюродный брат Кюль-тегина. Род тардуш? Племя толис?

Бильге-хан

Бoгю

«Мудрый хан; герой».

У Н.Я.Бичурина «Поставили Мочжоева сына Могиляня …»

У Г.Е.Грумм - Гржимайло «… шад тардушей Могилянь». На 17году жизни поставлен Мочжо во главе экспедиционного корпуса против тангутов.

64

Кюе дэле

(Гюй дэле)

Кур-тегин (ар.)

Гюй Дэлэ. Сын Гудулу-хана. Племя толис?

Кюль-тегин

У Н.Я.Бичурина «Гюй Дэлэ, сын Гудулуев. … Потомок Хели-хана».

65

Ижань-хан

Ижань-хан. Сын Могилянь-хана. Род тардуш? Племя толис?

Йоллыг-тегин

66

Бигя (Бугя) Гудулу-хан

Бигя Гудулу-хан. Сын Могилянь-хана.

Род тардуш? Племя толис?

Бильге Кутлук-хан

«Мудрый, счастливый хан»

1

2

3

4

5

67

Панькюэ-дэле

Панькюе Дэлэ. Брат Могилянь – хана. Род тардуш? Племя толис?

Пан Кюль-тегин

Восточный шад.

Нет обозначения толис.

68

Усу-миши

Усу-миши-хан. Сын Панькюе Дэлэ. Род тардуш? Племя толис?

Озмыш-тегин

Озмыш-хан

69

Баймэй-хан

Хулунфу

Баймэй-хан Хулунфу. Сын Панькюе Дэлэ.

Род тардуш? Племя толис?

Кулун-бек

«Белобровый»

«Жеребёнок-бек».

Сокращения: ар. – арабское; арм. – армянское; гр. – греческое; ор. – орхонские тексты; перс. – персидское; кит. – китайское; (?)– сомнительное отождествление, подлежащее дальнейшей проверке [17].

Важно выяснить, к какому роду или племени относились первые каганы – Бумын и Истеми. У Н.Я. Бичурина читаем о Чеби-хане: «Чеби также был из рода Ашины, из Тулиева аймака»[6].

Есть упоминание о названии аймака (племени), в которое входил род ашины, «Тулиев аймак» . Тулиев аймак или племя тули – это по-китайски. По-тюркски читается как толис (тёёлёс). Следовательно, Чеби-хан, который в шестом колене был потомком Ашины, так же как и его предок со своим родом входил в состав племени, которое может иметь только одно название – толис (тёёлёс). Не вызывает сомнение и имя создателя племени толис (тёёлёс) – это алтайский вождь Надулу-ше. Его правнуки, первые каганы Бумын и Истеми, также относились к племени толис (тёёлёс).

О чем еще говорит вышеприведенная информация? О том, что более чем за двухсотлетний период (210 лет) пребывания рода ашины на Алтае и в каганате (на Алтае с 439 г., год создания каганата – 552г. и 97-летний период существования каганата до пленения Чеби-хана – в 649 г.) данный род не размножился и не усилился, а как был, так и остался родом ашины в составе племени толис (тёёлёс).

В таблице – 69 ханов. Родовую принадлежность можно проследить у всех ханов.

По данным таблицы к племени толис (помимо Бумыны и Истеми) относились 3 хана. Все они потомки Бумына: Чулохоу (внук) №10, Кижинь (правнук) №18, Тули-хан (праправнук) №35. Еще 23-х хана, которые также были потомками Бумына и располагались в восточном крыле, с большой вероятностью, можно отнести к данному племени. В авторском комментарии они отмечены: племя толис (тёёлёс) со знаком вопроса. Итак, из 28 ханов: Бумына, Истеми, а также ханов под №10, 18, 35 с абсолютной и еще 23 ханов, с большой вероятностью, можно отнести к племени толис (тёёлёс). Все они, исключая Истеми, потомки Бумына.

Сложнее определиться с двумя родами, которые были на западе – тардуш и тон (тонг). В таблице есть ханы с четкой родовой принадлежностью, но у большинства ее пришлось определять по близости родственных связей. Родственная близость послужила критерием отбора для условного распределения на первое и второе места (отмечены вопросительным знаком). Все они были на западе и являлись потомками Истеми.

Род тардуш

Стал ли Истеми, выходец из племени толис, родоначальником рода тардуш? Неизвестно. Но его сын, Кара Чурин Тардуш-хан (№7), к данному роду уже относился. По сведениям из таблицы, к роду тардуш относились еще два хана Кюль Тардуш-шад (№29), Сибир Тардуш-шад (№39). К трем ханам с четким обозначением рода тардуш можно отнести, с определенной достоверностью, сына Кара Чурина – Поши-дэлэ (№21). Мочжо и его сына Могиляня, которые первоначально были «шадами тардушей» , а также их сыновей с определенной вероятностью можно отнести к роду тардуш. Всего шестнадцать ханов.

Род тон (тонг)

О роде тон (тонг) и его роли в каганате никто, никогда не писал. У Л.Н. Гумилева слово тонг переводится как «Великий». Читаем: «Тонг-шад ышбара» – «Великий князь» – титул (№33). Возможно, что на древнетюркском языке слово тонг переводилось как великий, но это не исключает и другой смысл данного слова – название рода . Например, слово ашина переводится как «благородный волк», но вместе с тем является и названием рода ашины. Подробнее об этимологии слова тонг ниже. По сведениям из таблицы, к роду тон (тонг) относились три хана: Тун Шеху-хан (№23), Тунь-алэу Билиби Дулу-хан (№32),Тунво Ше/Шаболо Хилиши-хан (№33).

Тун Шеху-хан и его младший брат Мохо-шад были сыновьями Янсо-дэлэ, внуками Кара Чурина и правнуками Истеми. Тунь-алэу Билиби Дулу-хан был сыном Мохо-шада и племянником Тун Шеху хана. Тунво Ше/Шаболо Хилиши-хан был также сыном Мохо-шада и племянником Тун Шеху. Таким образом, четко просматривается ветвь потомков от Янсо-дэлэ, которые относились к роду тон (тонг). Возможно, что Янсо-дэлэ был родоначальником данного рода. С учетом близкого родства к данному роду, с определенной вероятностью, можно отнести еще десять ханов (№14, 15, 20, 22, 24, 28, 31, 34, 41, 41а). Таким образом, к роду тон (тонг) можно отнести тринадцать ханов.

Род ашины

В списке – двенадцать ханов. У Н.Я. Бичурина есть упоминание о двух ханах: Ашине Хэлу/Халлыге Шаболо и Ашине Мише, что они « в пятом колене были внуками Истеми», – а Ашина Сымо, – «дальний родственник Хели-хана»[6]. Хели-хан был правнуком Бумына. Нужно отметить, что временной интервал в пять колен, а это 120-130 лет, отделявший двух представителей рода ашины от Истеми, значительный, поэтому и судить-то о степени родства сложно. Также сложно определиться со степенью родства Ашины Сымо. Информации о родстве девяти других представителей из рода ашины с первыми каганами у Н.Я. Бичурина нет.

После выяснения родовой принадлежности ханов каганата можно определить место проживания их потомков. Оказывается, потомки трех основных тюркских родов: толис (тёёлёс), тардуш (тодош), тон (тонг), – проживают не в Восточной Монголии, а на своей древней родине – Алтае.

Представители родов: тардуш (тодош) проживают в Центральном Алтае, толис (тёёлёс) – на территории Восточного Алтая (долина Чулышман, южная часть Телецкого озера, Улаганское плато); тон (тонг) – на Северном Алтае.

Название кумандинского рода тон (тонг) могло произойти от гидронима, речки Тондошка, правого притока Бии. В горной долине, где протекает речка, менее чем в 1км от ее устья, расположено село Тондош (Тондошка). Село и речка – в 10 км от горы Солу, близ Турочака, расположены на территории «владения Со».

Но род тонг есть у собственно алтайцев (алтай-кижи) под названием тонгжоан и у тувинцев под названием тонгак. Есть топонимы: хребет Тонгош, гора Тонгулак и Тонгулакский хребет в Восточном Алтае. Горы расположены в юго-западной части Улаганского плато – это земля тёёлёсов. Есть гора Тонгуль в Туве, т.е. известны – гидроним и топонимы, с которыми можно связать место возникновения рода тон (тонг).

Где же впервые возник род тон (тонг)? Тувинцы в период каганата были вассалами алтайских тюрок и не могли быть родоначальниками каганского рода. Следовательно, род тон (тонг) мог быть тёёлёского или кумандинского происхождения.

Можно привести доводы в пользу его кумандинского происхождения. У Л.П. Потапова: «... абинцы называли кумандинцев тон-кижи, что в переводе обозначает олень (оленевод)»[46]. Подобное наименование могло отражать их производственную деятельность в древние времена (дотюркский период).

Литературными источниками подтверждается сако-динлино– угорское происхождение кумандинцев, а угорские племена оленеводством занимались и продолжают заниматься. Влияние угорских племен на формирование североалтайского этноса, в дотюркский период, было описано выше [ 18, 57, 59 ] .

Еще из Л.П. Потапова: «... мы обязаны привлечь для сравнения (с кумандинским родом тонг) наименование Южно-Алтайского, точнее сеока собственно алтайцев (алтай-кижи) – тонгжоан и название группы тувинцев – тонгак. В основе всех трех этнонимов выступает общий термин тонг. Родственная группа ... рассеялась по территории Саяно-Алтайского нагорья и довольно давно. Давно потому, что в результате обособленного друг от друга местообитания в термине, выражающем общее самоназвание, образовались различные суффиксы (тонгжоан, тонгак) ... . По всей вероятности, группы с названием тонг у южных алтайцев, тувинцев и кумандинцев имеют общее происхождение»[46].

Учитывая, что первоначальное название рода (по китайским историческим хроникам) было тонг, которое сохранилось неизменным до настоящего времени у кумандинцев, то данная информация указывает на кумандинское происхождение рода. Позднее «образовались суффиксы (тонгжоан, тонгак)». Это, надо полагать, давние ответвления кумандинского рода тонг, которые проживают среди алтай-кижи и тувинцев.

В пользу кумандинского происхождения рода тон (тонг), его древности говорит и ранее приводимая информация. «Истеми-каган ... командовал десятью вождями, очевидно племенными, ... они были предводителями североалтайских племен, ... их потомками являются … кумандинцы, лебединцы и др.»[18], т.е. кумандинцы, они же лебединцы, входили в западное крыло каганата под командованием Истеми, начиная с его первого похода .

Следовательно, в период каганата отличились не все кумандинские роды, а только третий по древности род – тон (тонг). Ханы, шады из данного рода управляли уделами, командовали армиями в западном крыле.

Напомню, что согласно китайским хроникам, представители самого древнего кумандинского рода со (солу) инициировали объединение алтайских родов и сформировали условия для создания каганата. Второй кумандинский род кубан (куман) проявит себя через 2 столетия после гибели каганата, возглавив движение куманов (команов) в сторону Восточной Европы, но об этом ниже.

Потомков рода ашины на Алтае нет. Тем не менее, род ашины на Алтае и в каганате был. Но роль данного рода в истории каганата у Л.Н. Гумилева явно преувеличена. Из восемнадцати глав его монографии две включают название рода ашины: глава III «Создание великой державы рода Ашины (545-582 гг.)» и глава ХI «Ашина и Суй»[18]. В остальных главах также все пронизано упоминанием о представителях данного рода.

Постараемся разобраться в истинной роли рода ашины в истории каганата. Сведения о деятельности ханов рода ашины представлены выдержками из книги Л.Н. Гумилева и китайских хроник в переводе Н.Я. Бичурина. В целом, больших расхождений у авторов нет, за исключением информации о Чеби-хане (№53). С него и начнем разбор.

Роль рода ашины в Тюркском каганате

Читаем у Л.Н. Гумилева: «Чеби-хан ... ,отбившись от сеяньтосцев (племя теле ), ... укрылся в горных долинах восточного Алтая». Л.Н. Гумилев приводит выписку из Таншу: «Чеби ушёл на северную сторону Золотых гор (Алтая). Золотые горы с трёх сторон состоят из отвесных утёсов, только с четвёртой стороны есть проход, по которому можно проехать конному и на телеге. Земли ровные, и Чеби занял их... Он покорил на западе Гэлолу (карлуки), на севере Гегу (кыргызы)». Л.Н. Гумилев не доверяет китайцам и поясняет, что «северные склоны Алтая покрыты лесом (чернь), и там нет возможности жить скотоводам, какими были тюркюты»[18]. Нужно отметить, что на северных склонах никто никогда не жил. Это крутые невысокие склоны. Далее Л.Н. Гумилев рассуждает, что если покоренные карлуки располагались на западе, а кыргызы – на севере, то Чеби-хан должен был, согласно этим географическим ориентирам, расположиться между Катунью и Телецким озером.

У Чеби-хана, по данным, которые приводит сам Л.Н. Гумилев, был 30 тысячный корпус, т.е. он имел 30 тыс. всадников, а это, как минимум, 30 тыс. лошадей. Учитывая, что каждый воин, как правило, должен был иметь не менее 1 запасной, сменной лошади, то получим от 60 тыс. и более голов. Куда же корпус Чеби-хана помещает Л.Н. Гумилев? В земли тубаларов, которых называли и называют йиш-кижи, люди черни, т.е. тайги. Даже в наше время, когда вырублено много лесов на Алтае, эти горы все еще покрыты густыми лесами. Есть только маленькие долины за г. Горно-Алтайском, которые пригодны для пастбищ. В этих местах можно разместить табун от одной, до двух-трех тысяч голов, но не 30 тыс. и более. Нужно еще учитывать, что здесь проживали местные алтайцы, имеющие свои стада лошадей, овец и пр. Версия Л.Н. Гумилева с местом нахождения Чеби-хана не проходит. Китайские хронисты описали все правильно. Чеби-хан мог разместиться только на равнинной части, на землях родственных ему племен. Л.Н. Гумилев прекрасно знал, что на выходе из Горного Алтая, за селом Майма, начинается равнинная степная часть земель, которая в наше время называется Алтайским краем. В VI - VIII вв. и позднее это были земли предков кумандинцев, которые в XVII - XVIII вв. назывались « Малые и Большие куманды» . Данные из статей Л.П. Потапова, который, в свою очередь, ссылался на Г. Миллера, уточняют, что древние земли куманды (кумандинцев) – это земли по реке Лебедь от устья до слияния с Бией и выше по реке на 60 км, от устья р. Лебедь и выше по Бии на 30 км, вниз по течению Бии и слиянию ее с Катунью и ниже по Оби. От Бийска выше по Катуни до Маймы (с. Майма, с. Сростки и много других сел основаны кумандинцами). Вся предгорная часть Северного Алтая (с Белокурихой) до реки Чарыш называлась «Малые Куманды», а за рекой Чарыш до Северного Казахстана – «Большие Куманды»[46,59].

Спокойно жить хану не дали. Из книги Л.Н. Гумилева «Тайцзун (китайский император) отправил ... посольство с предложением лично явиться в Чанъань для выражения покорности, но Чеби-хан не имел никакого желания рассматривать установление дипломатических отношений как безоговорочную капитуляцию. Китайские послы, видя неуступчивость хана, вошли в сношения с карлуками, чтобы захватить его. Интрига открылась, и китайское посольство было перерезано [18].

Сверимся с оригиналом. Текст Н.Я. Бичурина, материал которого использовал Л.Н. Гумилев: «В двадцать первое лето, 647 г., (Чеби-хан) отправил сына своего Шаболо Дэлэ ко Двору для представления местных произведений, причем просил дозволение лично явиться ко Двору. Император послал военачальников Ань Тьхяо-чже и Хань Хуа принять его. По прибытии их в орду Чеби пришел в затруднение, потому что он не имел желания ехать ко Двору. Хань Хуа тайно условился с Гэлолу (карлуками) схватить его. Чеби усмотрел это. Хуа умер в драке с сыном Чебиевым Чжиби Делэ; Тьхяо-чже убит»[6].

У Л.Н. Гумилева: «Разгневанный Тайцзун в 649 г. направил генерала Гао Каня с войском из уйгуров и бугусцев против Чеби, который был взят в плен и представлен в Чанъань, где, однако, был помилован и пожалован высшим военным чином. Народ его был переведён на жительство в Утукенскую чернь, в восточном Хангае, так как эта область после уничтожения сеяньто оказалась пустой».

Подытоживая, Л.Н. Гумилев пишет: «Возвращаясь к тексту, мы видим, что Чеби-хан был разбит на равнине и пойман в предгорьях Алтая прежде, чем успел укрыться в горах. ...В результате оказалось, что тюркюты, жившие в горах, уцелели и даже сохранили название своего раздела – тёёлёс»[18].

Л.Н. Гумилев совсем запутался. Сначала доказывал, что хан со своим войском располагался внутри Алтая, но почему-то «Чеби-хан был разбит на равнине и пойман в предгорьях Алтая», т.е. хан со своим корпусом, как и описано в китайских источниках, находился на равнинной части Северного Алтая. Отделилась ли какая-то часть его воинов от войска при прохождении горных долин – неизвестно. Поэтому непонятно, откуда взялись « тюркюты, жившие в горах ...». Неясно, почему и когда они получили имя «тёёлёс».

Обратимся к первоисточнику, переводу по Н.Я. Бичурину: «Император прогневался (реакция на гибель его военачальников) и отправил военного сановника Гао Кхань, чтоб он с войсками ойхоров (уйгуров) пугусцев напал на Чеби. Главные его старейшины Кэллунишукюй Сылифа и Чумугунь Мохэду Сыгинь один за другим покорились. Кхань ударил на аймак Асишань; но сей не захотел вступить в сражение (Чеби-хан был предан старейшинами трех племен). Чеби в сопровождении нескольких сот конников бежал. За ним гнались до Золотых (Алтайских) гор, где поймали его и представили в столицу. И там Тайцзун приказал развязать пленных и представить в храм Ше и Цзи, в Великий храм и на царское кладбище Чжао-лин. Чеби пожалован высшим военным чином и получил дом для житья. (Оказался, надо полагать, под домашним арестом). Народ его помещен у гор Юйдугюнь, а в управление поручен главноначальствующему у гор Гяньлан.Сим образом все тукюесцы сделались пограничными вассалами Китая [6]. Наиболее вероятно, не «все тюкюесцы» , а несколько сотен воинов, которые были пленены вместе с Чеби-ханом »[60].

О роде толис (тёёлёс) читаем у Л.Н. Гумилева в главе «Преображение народа». Восточную часть Горного Алтая ныне населяют теленгиты.

В их число входит кость (раздел), сохранившая старое название – тёёлёс. Телесами называют себя северные теленгиты, населяющие долины Чулышмана, Башкауса и Улагана. Этот район отделён от южного высоким плато, вдобавок пересечённым двумя горными речками – Кубадру и Чибитсу. Южные теленгиты живут по нижнему течению р. Чуи до впадения её в Катунь; само название их чуй-кижи (чуйские люди). ... Объединение тёёлёсов с теленгитами произошло лишь в середине XVIII в., когда теленгиты, бывшие подданными ойратов, бежали на Алтай из Западной Монголии от маньчжуров, которым император Цян лун повелел перебить ойратов до последнего человека. Постепенно теленгиты смешались с тёёлёсами, жившими в этом крае с середины VII в. и пришедшими сюда вместе с Чеби-ханом , последним ревнителем тюркютской славы и независимости [18].

Положим, не совсем «смешались», т.к. тёёлёсы отделены от теленгитов «высоким плато». Нужно отметить, что «кость (раздел)» тёёлёс – это не один род, а несколько сохранившихся родов. По данным Л.П. Потапова, в состав тёёлёсов входят роды: оргончи, титас, ярык, чигат.

У Л.П. Потапова: «В 17 в. здесь жили (на южной стороне Телецкого озера) тёёлёсы в значительном количестве под управлением своих князей, о чем повествуют русские исторические документы. Телецкое озеро находилось в руках тёёлёсов и от их имени получило русское название. Как бы то ни было, но алтайские тёёлёсы никак не могут быть отождествлены с теленгитами. Не могут они считаться также всего-навсего сеоком собственно алтайцев, теленгитов или телеутов. Тёёлёсы на Алтае – это остаток большой и древней племенной группы »[46]. Л.П. Потапов, конечно же, прав, и комментарии излишни.

Читаем у Л.Н. Гумилева: «Тёёлёсы мало похожи на своих предков – тюркютов раздела толис (тёёлёс), но это и естественно, ибо тысяча лет несёт немало перемен для народа, окруженного утёсами, дебрями и врагами. Но археология устанавливает связь предков и потомков. Маленький народ, запрятавшийся в высоких горах, совсем потерялся бы для истории, если бы не оставил памятников, переживших его. Могильники тюркютов раздела тёёлёс покрывают почти все степные склоны долин восточного Алтая. Это так называемые каменные оградки, с которыми связаны каменные изваяния скуластых мужчин в халатах, с мечом на бедре и чашей в правой руке. Внутри этих оградок часто находят золу и пепел – остатки сожжённого трупа. На восток от могил тянутся вереницы балбалов, грубо обитых камней, вкопанных в землю. Это памятники подвигам покойника – каждый балбал изображает убитого им врага».

Вывод Л.Н. Гумилева не оставляет и тени сомнения: «Короче говоря, тюркюты стали тёёлёсами»[18].

Если относиться к воинам Чеби-хана как пришельцам, то такой вывод был бы оправданным. А если относится к ним как к воинам, вернувшимся на свою историческую родину? Постараемся разобраться.

Л.Н. Гумилев описывает боевые действия между тюркютами и местными горцами, а также степняками, предками казахов. По форме балбалов определяет количество снесенных голов горцев и степняков. По его версии, тюркюты, будущие тёёлёсы, сумели отбиться от наседающих найманов, но в 1207 г. были покорены Джучи-ханом. На этом их самостоятельность закончилась.

Л.Н. Гумилев описал захоронения. Правда, раскопанные не там, где он определил им место, между Катунью и Телецким озером, а на Улаганском плато. Рассмотрим подробнее захоронения. Л.Н. Гумилевым не описано главное в захоронениях древних тюрок – это захоронение по древнетюркскому обряду, который своими традициями уходит в скифский период Алтая.

Читаем у В.А. Могильникова: «Комплекс культуры древних тюрок в середине I тыс. н.э. выступает как бы в сложившемся виде и характеризуется погребениями под каменными курганами по обряду трупоположения с конем, поминальными сооружениями типа прямоугольных оградок с каменными изваяниями и рядами столбиков-балбалов с восточной стороны. Встает вопрос об истоках этих элементов культуры.

Пока более определенно решается вопрос о происхождении обряда захоронения человека с конем. Ритуал захоронения человека с конем в специфической позе положения лошади обычно на ступеньке параллельно усопшему известен на Алтае с VII-V вв. до н.э., где он представлен в погребении Карбан I на средней Катуни. Здесь он появляется на позднем этапе майэмирской культуры, сменяя ритуал захоронения лошади в отдельной яме. В пазырыкской культуре этот ритуал широко распространился и в дальнейшем в трансформированном виде, сильно уменьшившись количественно сохранился в гуннское время. После чего в конце IV-V-VI вв.н.э. вновь получил широкое распространение, что отражено в памятниках берельского, а затем и кудыргинского типов ( подробнее о могильнике Кудырге в работах С.В. Киселева, А.А. Гавриловой [9, 25]). Очевидно, данный ритуал отражает сохранение вплоть до раннего средневековья, хотя и в видоизмененном виде пазырыкского элемента культуры, носителями которой были интегрировавшиеся в состав населения Алтая гуннского времени носители пазырыкской культуры, в том числе не только собственно пазырыкцы, а, пожалуй, в большей степени и кара-кобинцы. Не исключено, что именно последние явились носителями тюркской речи, воспринятой, вероятно, иранцами-пазырыкцами.

Помимо погребений с конем, у пазырыкцев и древних тюрок имеется ряд других сходных черт культуры. Это вертикально стоящие столбики – балбалы, идущие на восток от насыпей пазырыкских курганов и оградок древних тюрок, устройство, кроме захоронения под курганом. Поминальные сооружения: восемь каменных колец у пазырыкцев, подквадратные оградки у тюрок, отделение сопровождающего конского захоронения в могиле от захоронения человека стеной сруба у пазырыкцев, плитами каменного ящика у кара-кобинцев, перегородками из каменных плит или дерева в курганах тюрок. В конечном итоге, данная черта ритуала восходит, очевидно, к майэмирскому обряду захоронения человека и коня в раздельной яме. В IX-X вв. эта черта обряда как бы возрождается частично вновь и прослеживается в отдельных случаях раздельного захоронения человека и коня у кимаков северо-западных предгорий Алтая, а затем у половцев».

Схема этнокультурного развития кочевников Алтая по В.А. Могильникову выглядит следующим образом: « майэмирская культура (куртуский этап –VIII-VIIв. до н.э.), карбанский этап (VII-VI вв.до н.э.), пазырыкская культура, гуннское время, берельский тип (IV-Vвв. н.э.), древнетюркская культура»[40].

У Л.Р. Кызласова в монографии «История Южной Сибири в средние века» читаем: «Усматривать прямую связь между пазырыкскими поминальными и древнетюркскими оградками вряд ли возможно, учитывая их существенные различия. Истоки этого элемента культуры, как древнетюркские поминальные оградки … лежат в восточных районах Центральной Азии, где типичные поминальные и погребальные сооружения квадратного и прямоугольного плана, отражающие соответствующие представления о модели мира. Это культура полиэтнического государства хунну, в состав которого предки тюрок входили.

Там же на юго-востоке Алтая прямоугольные конструкции в более раннее время представлены в культуре керексуров и плиточных могил. С культурой керексуров … связаны оленные камни – стилизованные фигуры воинов, возможно, древний прообраз древнетюркской каменной скульптуры»[32].

Таким образом, на Алтае происходило смешение культур: автохтонного населения, пазырыкцев, гуннов. Вероятно, какую-то дополнительную лепту гуннского влияния привнес гунн Ашина со своим родом, которые появились на Алтае в 439г., т.к. его потомки были частью алтайской элиты с середины V в. до середины VIII в. н.э.

Весь вышеизложенный материал показывает взаимосвязь и преемственность по обряду захоронения между захоронениями скифского, гуннского времени и захоронениями дотюркского и тюркского периодов на Алтае. О «скифском» и «хунском» пластах в формировании древнетюркского культурного комплекса писали Д.Г. Савинов, В.Д. Кубарев [28, 58].

Ниже будет представлен материал о взаимосвязи царских скифов Северного Причерноморья и царских скифов Алтая, а также о связи алтайских скифов – саков с «владением Со» из древнетюркской легенды.

Учитывая, что скифский период имеет не прямое, а опосредованное отношение к этногенезу древних тюрок, данная тема вынесена в примечание.

Царские скифы Алтая.

Примечание. О царских скифах Северного Причерноморья и их родственных связях с племенами Алтая можно узнать у Геродота в четвертой книге его « Истории» – «Мельпомена».

В гл. 11. читаем: « … скифы – кочевники жили сначала в Азии, потом были потеснены во время войны массагетами и, перейдя реку Аракс (Волгу – а.к.), удалились в Киммерийскую землю; действительно, страна, населяемая теперь скифами, принадлежала первоначально киммерийцам».

С гл. 17. идет описание обитания скифских и не скифских племен. Читаем: «… от торгового города борисфенитов (греческий город Ольвия в устье Днепра – а.к.), составляющего наиболее срединный пункт во всей приморской Скифии, первыми живут каллипиды, представляющие собой эллинов – скифов(эллинизированные скифы – а.к.), выше их живет другой народ, именуемый ализонами (не скифы – а.к.). … За ализонами обитают скифы – пахари. … Выше их живут невры (не скифы – а.к.). Народы эти живут вдоль реки Гипанис (р. Юж. Буг – а.к.) к западу от Борисфена (р. Днепр – а.к.)».

18. «С переходом через Борисфен (р. Днепр – а.к.) вступаем в ближайшую от моря землю, Гилею (земли к востоку от Борисфена – Днепра – а.к.); выше ее живут скифы земледельцы, … эти скифы – земледельцы занимают пространство к востоку на три дня пути, простираясь до реки, именуемой Пантикапой (р. Ингулец – а.к.), и на север вверх по течению Борисфена на одиннадцать дней. Над ними простирается обширная пустыня. За пустыней обитают андрофаги, народ особый, вовсе не скифский».

19. «К востоку от скифов – земледельцев, по ту сторону реки Пантикапы (р. Ингулец-а.к.), обитают скифы – кочевники, не сеющие ничего и не пашущие. … Кочевники занимают область к востоку на четырнадцать дней пути, простирающуюся до реки Герр (современное название реки неизвестно а.к.).

20. « По ту сторону реки Герр находятся так называемые царские владения и живут храбрейшие и многочисленнейшие скифы, прочих скифовпочитающие своими рабами. На юге они простираются до Таврики (южная часть Крыма а.к.), на востоке … владения их частью доходят и до реки Танаис (р. Дон а.к.). Земли, лежащие к северу от царских скифов, заняты меланхленами, народом особым, не скифским».

21. « По ту сторону Танаиса (Дона а.к.) нет более Скифии; первая из тамошних областей принадлежит савроматам ( метисы от отцов скифов и амазонок – а.к.), которые занимают пространство в пятнадцать дней пути, начиная от угла Меотийского озера (Азовское море – а.к.) по направлению к северу. … Над ними живут будины» (не скифы а.к.).

22. «Выше будинов, к северу от них, … на протяжении семи дней пути, … живут фиссагеты (не скифы а.к.), народ особый и многолюдный; средства к жизни добывают они охотой. В смежности с ними, в тех же самых местах, живет народ, носящий название иирков (не скифы а.к), живущий также охотой … . Над этими народами, по направлению к востоку, живут другие скифы, прибывшие в эту местность по отделении от царских скифов».

23. «До владения этих скифов (отделившихся от царских а.к.), вся пройденная нами страна представляет равнину с глубоким черноземом, начиная же отсюда земля каменистая и неровная. Если пройти значительную часть этой неровной страны, то встретимся с обитателями подножия высоких гор; говорят, что все они, как мужчины, так и женщины, плешивы от рождения, плосконосы и с большими челюстями; речь у них особая; одеваются по-скифски, а питаются плодами деревьев. … Название этого народа – аргипеи» (не скифы а.к.).

24. «Страна до этих плешивых и народы, по эту сторону ее живущие, хорошо известны. К ним ходят некоторые скифы, от которых, равно как и от эллинов …, можно легко добыть сведения. Кто из скифов посещает их, тот пользуется для своих деловых сношений семью переводчиками и семью языками».

25. «… в точности известно, что земля к востоку от плешивых, населена исседонами» (не скифы а.к.).

27. «Таким образом, этот народ известен еще, а выше его, по рассказам исседонов, живут одноглазые люди и стерегущие золото грифы. Со слов исседонов повторяют это скифы, а от скифов знаем и мы, почему и называем их по-скифски аримаспами: словом арима скифы называют единицу, а спу значит на их языке глаз».

Ранее, в гл. 13. Геродот писал : « … Аристей уроженец Проконесса, говорил в своей поэме, что он … прибыл к исседонам, что за исседонами живут одноглазые люди, аримаспы, за аримаспами – стерегущие золото грифы, а еще выше гипербореи, простирающиеся до моря. За исключением гипербореев, все эти народы, начиная с аримаспов, постоянно воюют с соседями, так что исседоны вытеснены из своей земли аримаспами, исседонами вытеснены скифы, а киммерийцы, жившие у Южного моря (Черного моря а.к.), покинули свою страну под натиском скифов».

В конце главы Геродот делает заключение : «Таким образом, повествование Аристея не согласуется с рассказами скифов об этой земле».

Но это не так. Информация от Аристея важна. Учитывая, что было две ветви скифов (северо-причерноморская и южно-сибирская), то неясно каких из них исседоны потеснили. Нельзя исключить, что под давлением массагетов скифы переместились севернее и вторглись в земли исседонов, которые их «рассеяли», т.е. одна ветвь переместилась в Северное Причерноморье вытеснив оттуда киммерийцев, а другая ветвь сместилась в предгорья Западного Алтая. От него также узнаём, что аримаспы не относились к скифам. Но у Аристея нет упоминания о родстве причерноморских и южно-сибирских скифов. В труде Геродота родственная связь описана.

14. « Откуда происходил Аристей … я уже сказал; а теперь сообщу тот рассказ о нем, который я слышал в Проконнесе и в Кизике». Далее, Геродот описывает невероятную историю смерти Аристея и его исчезновение. В конце главы Геродот пишет, читаем: «Впоследствии, на седьмом году после этого, явился он, как рассказывают дальше, в Проконессе, составил здесь ту поэму, которая у эллинов называется «Эпос об аримаспах», и по составлении ее исчез вторично. Так рассказывают в городах Проконессе и Кизике».

Из текста понятно, что путешествие по Скифии у Аристея продолжалось семь лет.

15. «Вот что, знаю я, случилось у метапонтийцев в Италии двести сорок лет спустя после вторичного исчезновения Аристея, как открыл я с помощью вычислений в Проконессе и Метапонтии. …» [11, 20].

Информация из 14 и 15 глав также важна. Можно ее подытожить. Итак, примерные годы жизни Геродота известны около 484 около 425 гг. до н.э. Прожил около 59 лет. Наиболее вероятно, что Геродот совершил длительное и трудное путешествие по Скифии в возрасте молодом (30-40 лет), т.е. примерно в 454 444 гг. до н.э. Надо полагать, что в 40-х годах V в. до н.э. происходило его посещение и Проконесса. По подсчетам Геродота прошло 240 лет « после вторичного исчезновения Аристея ». Учитывая, что Аристей путешествовал по Скифии семь лет, то от начала путешествия Аристея до посещения Геродотом Проконесса прошло 233 года. Следовательно, Аристей путешествовал по Скифии и вне Скифии («прибыл к исседонам») примерно в 690680 гг. до н.э.

Следует еще раз отметить, что сначала под давлением массагетов, а затем возможно и исседонов, одна часть царских скифов переселилась в Северное Причерноморье, а другая часть «по отделении от царских скифов» переместилась в предгорья Западного Алтая и Саяны (Туву).

Мотивация для перемещения на восток была вполне понятной. Нужно было сохранить контроль над регионами, которые были основным поставщиком золота. Об этом впервые написал в первой половине XIX в. немецкий географ и естествоиспытатель А. Гумбольдт в труде «Центральная Азия». Ссылаясь на «Историю» Геродота он выдвинул гипотезу, по которой «на территории Алтая в I тыс. до н.э. проживали таинственные аримаспы и «стерегущие золото грифы», в руках которых находились золотые рудники. По его мнению, алтайские месторождения, наряду с уральскими, были основными источниками, снабжавшими золотом европейских скифов и греческие античные колонии»[60]. Не случайно Алтай или Алтын Тау переводится как «Золотые горы».

Исследования археологов подтверждают информацию полученную от Аристея и Геродота. Так, например, Л.С. Марсадолов при сопоставлении материалов из Пазырыкских и Семибратних курганов пришел к следующему заключению «… о «дальних родственных» связях между Алтаем и Кубанью свидетельствует не только сходство отдельных предметов, но и одинаковый погребальный обряд захоронения человека с конем в одной яме (восточная ориентировка человека, положение на спине и т.д.), … » [38]. Ранее об этом писали С.И. Руденко и Н.М. Руденко в монографии « Искусство скифов Алтая», читаем: « … ближе всего к алтайским погребениям стоят скифские Прикубанские курганы и особенно Семибратние. Не говоря уже о многих общих чертах в типе погребального сооружения, в частности совместного захоронения человека и коней в одной погребальной яме, параллелей в мотивах и художественных композициях настолько много, что их трудно все перечислить. … Раскопки на Алтае познакомили нас с одним из мощных, а быть может, и с основным очагом этой культуры» [55].

Еще один вывод Л.С. Марсадолова: «… приток населения на Алтай … , свидетельствующий о перемещении сакских племен в данный регион в VII-VI вв. до н.э.» [60]. В XIX в. об этом писал и В.В. Радлов: « … культура населения Горного Алтая раннего железного века (VIII-VII вв. до н.э. –а.к.) сформировалась в результате пришлого инокультурного компонента» [60].

М.П. Грязнов писал, что « … начальный этап скифской культуры (VIII-VII вв. до н.э.) … известен не только в Причерноморье и Туве, но и на Алтае». Ученый выделял три фазы развития культур на Саяно-Алтае (VIII III вв. до н.э.): «аржано-черногоровская (VIII-VII вв. до н.э.); 2) майэмирско-келермесская (VII-VI вв. до н.э.); 3) пазырыкско-чертомлыкская (V-III вв. до н.э.)» [16, 60].

Л.С. Марсадолов «отнёс памятники Алтая к двум этапам. Первый, майэмирский, он датировал VIII-VII вв. до н.э. … . Второй, пазырыкский, период был условно обозначен в рамках VI-III вв. до н.э.» [36, 37, 60].

Нужно отметить, что первым исследователем курганов в Майэмирской степи (Юго-Западный Алтай, территория Семипалатинской обл.) в 1906, 1910, 1911 гг. был А.В. Адрианов. Полученные им материалы «легли в основу представлений о начальных этапах формирования на Алтае культуры скифо-сакского времени в VIII-VII вв. до н.э.» [3, 60].

На основании вышеизложенных данных можно реконструировать исторические события. С определенной вероятностью можно предположить, что отделившаяся часть «царских скифов» в VIII- VII вв. до н.э. первоначально обитала не только в Майэмирской степи, предгорьях Западного Алтая и Восточного Казахстана, но и в Туве (Аржан) [16]. По Л.С. Марсадолову – это «майэмирский этап». По-видимому, учитывая периодизацию составленную М.П.Грязновым, правильнее его называть аржано - майэмирский этап. Возможно под давлением тех же исседонов в VII - VI вв. до н.э. скифы переместились из предгорий Западного Алтая и Восточного Казахстана в Центральный Алтай, где создали в VI - III вв. до н.э. пазырыкскую культуру – это «пазырыкский этап». Об этом писал В.А.Могильников: «В VI-V вв. до н.э. пришлые пазырыкские племена установили господство над автохтонным населением Алтая, частично смешавшись с ним и постепенно его ассимилировав» [60]. (Приложение №5).

Ветвь царских скифов, которая изначально обосновалась в Туве ( VIII в. до н.э) до начала гуннского периода (конец III в. до н.э.), место своего пребывания, вероятно, не меняла.

Данная гипотеза согласуется с выводами П.И. Шульги. Исследователь обратил внимание на имевшиеся антропологические данные. По его мнению: «Близость антропологического типа «пазырыкцев» и кочевников Парфии, Северной Бактрии, Маргианы во многом связана с перемещением сакского населения на Алтай и в Восточный Казахстан в VII – начале VI вв. до н.э. … пазырыкская культура (VI-III вв. до н.э.) сформировалась от «куюмцев», «семисартцев» и от раннескифского населения предгорий и примыкающих южных территорий. … сооружение в середине VI в. до н.э. грандиозных курганов (Туэкта, Башадар) в Центральном Алтае означает, что уже к этому времени данная территория являлась священной для пазырыкцев, их геррами» [60, 64].

В монографии С.И. Руденко «Горноалтайские находки и скифы» можно прочитать следующее: « … названия племен, проживавших в середине первого тысячелетия до н.э. в Горном Алтае, не были известны древним авторам, кроме легендарного их наименования (стерегущие золото грифы – а.к.)».

Независимо от той или иной легенды, с которой было связано указанное выше название интересующих нас племен, богатство Алтая и прилегающих к нему западных районов золотом, несомненно, могло послужить основанием к легенде о стерегущих золото грифах. Название это слишком длинно для того, чтобы пользоваться им в качестве наименования интересующих нас племен, и в дальнейшем изложении я буду пользоваться нарицательным их наименованием – древние горноалтайцы [54].

И все-таки, почему же хозяев «Золотых гор» называли «стерегущие золото грифы»? Н.В. Полосьмак в работе «Стерегущие золото грифы» приводит свою гипотезу происхождения необычного названия древних алтайцев «… Единственной подсказкой могут служить образы искусства – зримое воплощение мифа. Вспомним прекрасные деревянные навершия головных уборов из 2-го Пазырыкского кургана: морда грифона, в пасти которого находится голова косули. …

По этнографическим данным в основе почитания алтайцами птиц, в частности беркута, лежит предание о том, что «он (беркут) однажды спас их сородича, попавшего в беду. Последний некоторое время жил в гнезде беркута, питался мясом косуль, приносимых беркутом, а затем был спущен им на землю» (Потапов Л.П.). … Оно (предание) может объяснить почитание грифона пазырыкцами как участника акта спасения, вскормившего основателя рода. …

Образ этого синкретического существа (мифического орла или грифона) осенял все стороны жизни пазырыкцев: он присутствовал на одежде, оружии, конской упряжи, сосудах, украшениях. Это был манифестируемый символ народа: он – это мы, мы – это он. В пазырыкском искусстве грифон всегда выступал победителем. Его образ стал эмблемой, символом пазырыкской культуры. Он значил в жизни пазырыкцев больше, чем любой другой, был ключевым … » [50]. Из вышеизложенного понятно, что «древние горноалтайцы» воспринимали сами себя как стерегущие золото люди-птицы. (Приложение №6).

Следует еще раз отметить, что на Алтае обитали не какие-то племена из периферии «скифского мира» (понятие о существовании «скифского мира» в Евразии было введено С.И. Руденко), а отделившаяся часть « царских скифов» [60]. Царские скифы Северного Причерноморья, как и царские скифы Алтая, вероятно, тесно взаимодействовали друг с другом, т.к. являлись организационным ядром, элитой «скифского мира».

На рубеже III - II вв. до н.э. царские скифы Алтая были покорены гуннами. Понятно, что часть из них погибла, другие подчинились гуннам, а остальные переместились в Среднюю Азию и на Северный Алтай [1] . На Северном Алтае сохранившиеся пазырыкцы могли усилиться, и вполне вероятно, что североалтайский род со (солу) из «владения Со» в начале первых веков н.э. был основан ими. Постараюсь обосновать данную гипотезу.

У Л.П. Потапова можно прочитать, что род со «очень древний этноним» [46]. Н.А. Аристов относил тюрок к сакам, читаем: «Юечжи удалились в Западный Тянь-Шань, вытеснив, кажется, тюркский народ сэ (вероятно, саков …)»[2]. Данное предположение Н.А. Аристова находит подтверждение у современных исследователей.

В статье современного китайского историка Пэй Яньцю под названием «Исследование о происхождении тюрков от саков», читаем: «В записях Чжоу-шу в летописях о тюрках также говориться «начало тюрков выходит из страны Со». Страна Со (древнее прочтение Sak) это и есть транслитерация термина Sаka». Далее у него написано: « … предки тюркской аристократии были из саков» [51].

Но во « владении Со» есть топоним – гора Солу, гидроним – речка Солу, а также этноним – род со или со-лу. Если этнонимы со и саки тождественны, то, что же обозначает аффикс лу?

У Р.В. Лебедева в статье «Интерпретация некоторых сакральных топонимов Саяно-Алтая в свете этногонических тюрко-монгольских мифов» можно прочитать следующее: «… в древнегреческом – «люкос», в латинском «люпус», … во французском – «лу» – все эти слова с корневой основой «лу» означают – «волк», который является тотемным животным всех тюрко-монголов»[33].

Учитывая, что скифы Алтая тесно взаимодействовали со скифами Северного Причерноморья, а те с греками (пример тесных связей – каллипиды, эллинизированные скифы), то заимствование новых слов было возможным. С древнегреческой корневой основой лю (лу) слово со-лу может обозначать как принадлежность к племени саков, так и их тотем – волка.

Возникает вопрос, а был ли у племени со волк тотемом в скифский период? С большой вероятностью можно ответить утвердительно, т.к. данный тотем среди древних номадов был распространен. Так, например, известно, что у невров, обитавших севернее скифов-пахарей и средне-азиатских усуней, волк был тотемом. Невров Геродот не относил к скифам, но они принадлежали к одному из племен «скифского мира». Усуней же китайцы считали «одним из отделов народа сэ, т.е. саков» [13, 20].

Подытоживая, можно предположить, что слово со-лу в дотюркский и ранний тюркский периоды могло обозначать имя племени со (саки), рожденное лу (волчицей).

Продолжим анализ монографии Л.Н. Гумилева. Можно было бы признать его правоту, если бы типичные древнетюркские захоронения появились на Алтае с первой половины VII в. и позднее, времени прихода корпуса Чеби-хана. Например, Л.Р. Кызласов описал захоронения древних тюрок в Туве, относящихся к середине VI в, а С.П. Нестеров – в Хакассии, месте обитания древних кыргызов, относящихся к началу VIII в. Тюркские захоронения датируются временем покорения этих народов тюрками и обнаружены в местах стояния их гарнизонов [29, 42].

Резюмируя материал по Чеби-хану, следует отметить, что он был из рода ашины и племени толис (тёёлёс). Со своим корпусом уходил на историческую родину Алтай.

Часть воинов, которые не покинули хана, были пленены и оказались с ним в Китае. Большая часть осталась на родине [60].

Тёёлёсы (толисы) не пришельцы, а древнейшие аборигены Алтая, которые прославились в период каганата, выдвинув из своего племени двух великих военачальников: Бумына и Истеми. В течение почти двух столетий каганатом управляли их потомки.

Рассмотрим других представителей рода ашины.

Ашина Сымо

Л.Н. Гумилев пишет, что Ашина Сымо воюет на стороне китайцев с сеянтосцами, племенем теле: «Чтобы обеспечить внезапность нападения, каждый воин (сеяньто) имел четырёх лошадей и, меняя их, шёл без остановок. Но Ашина Сымо успел, не приняв боя, отойти за Хуанхэ, в Ордос, и сообщить о набеге в Чанъань (Китай), откуда на помощь ему немедленно выступил отряд ударной конницы. Объединившись с тюркютами, имперцы пошли прямо на противника (сеяньто – а.к.) и вынудили его принять бой на р. Ночжень (641 г.) [18].

Дополнительная информация об Ашине Сымо у Н.Я. Бичурина: «Император Тайцзун ... назначил своего верного вассала Ашина Сымо каганом, предоставив в его распоряжение всех тюрок, подданных империи Тан. ... Ашина Сымо так и не смог привлечь кочевников на свою сторону. Многие из них предпочитали участи китайских пограничных вассалов привольную жизнь в степи и уходили к сеяньтосцам. В конце концов, после трех лет правления Ашина Сымо понял свою неспособность привлечь к себе свой тюркский народ. Он обратился с просьбой к Тайцзуну вернуть его на службу в императорскую гвардию. Император согласился. Сымо сопровождал императорское войско и был ранен в бою вражеской стрелой. Тайцзун так любил своего верного вассала, что сам стал высасывать кровь из его раны. Но это не помогло, Ашина Сымо умер и был похоронен на императорском кладбище Чжаолин, неподалеку от столицы империи Тан Чанани» [6].

Ашина Шэни

Читаем у Л.Н. Гумилева: «В 640 г. карашарский владетель Тукичжи выдал свою дочь за некоего западнотюркского вельможу Кули-чура и, решив, что заручился достаточной поддержкой, прекратил выплату дани. ... Тайцзун (кит. император) нашёл, что это достаточный повод к войне, и в 648 г. отправил туда своего лучшего генерала Ашину Шэни с огромным войском (100 тыс. человек), состоявшим из тюркютской и телеской конницы. Ашина Шэни, желая напасть внезапно, прошел от Хами по северным склонам Тянь-Шаня до Юлдуза, разгромив по дороге племена чуюе и чуми (западные тюрки), затем, проведя армию через перевалы, оказался в пределах Кучаского княжества. Враги совершенно растерялись: карашарский князь Сепо Аначжи бежал, бросив свою столицу, но был пойман и обезглавлен. Кучасцы выставили 50 тыс. человек, но были разбиты, и Ашина Шэни взял Кучу. Владетель бежал с лёгкой конницей к тюркютам, но был преследуем, окружён и захвачен в плен. Один из кучаских вельмож, по имени Нали, спасся, пользуясь темнотой ночи. Он добрался до Западного каганата и оттуда привёл 10 тыс. тюркских всадников.Тюрки ударили по одному из имперских отрядов и разбили его наголову. В войсках Ашины Шэни возникла паника, но, столкнувшись с главными силами, Нали потерпел поражение и попал в плен. После этого 70 малых городов добровольно покорились Ашине Шэни. В 649 г. одной военной демонстрации оказалось достаточно, чтобы принудить к повиновению Хотан. ... Былое преобладание тюркютских латников в степях кончилось, так как имперская конница состояла из таких же степняков, руководимых полководцами не менее опытными в полевой войне, чем остатки западных тюркютов. Было очевидно, что часы их независимости сочтены (западных тюрок).

... Весной 649 г. император (Тайцзун) почувствовал себя плохо, призвал к себе вельмож и приказал им помогать в делах правления его сыну. Во время болезни он наставлял наследника, пока не умер 10 июля 649 г. Все, кто был при дворе, плакали так, как будто они потеряли отца или мать. Ашина Шэни хотел, чтобы его похоронили вместе с трупом своего императора и друга, чтобы сопровождать его в загробном мире , но скептический наследник престола запретил ему это» [18].

Ашина Халлыг

У Л.Н. Гумилева читаем, что «после бегства из пределов каганата Халлыг поступил на службу к Тайцзуну (кит. император), быстро выслужился и получил в управление военный округ Тинчжоу (Бишбалык). Но этот честолюбивый полководец не был доволен положениемимператорского пограничного офицера и после смерти Тай цзуна оказался замешанным в заговоре, имевшем целью освободить не только Бишбалык, но и Турфан. Заговор был своевременно раскрыт, но поскольку преступление не было совершено, то Халлыг отделался тем, что отослал своего сына Тьеиня в Чанъань «для службы в гвардии», т.е. в качестве заложника. Тьеинь недолго пробыл в Китае. Он отпросился к отцу и посоветовал ему оставить в покое восток, а устремиться на Западный каганат. Было ли это нападение инспирировано в Китае или было вызвано стремлением к освобождению, или тем и другим вместе – сказать невозможно. Трудно допустить, что уход целой орды прошёл без ведома имперских наместников, но так или иначе, очутившись вне сферы их наблюдений, Халлыг объявил себя Ышбара-ханом (кит. Шаболо-хан Хэлу) и летом 651 г. «овладел бывшими землями Дулу-хана» (Юкука). Ни о каком сопротивлении десятистрельных тюрок источник не упоминает. (Захватил часть земель западных тюрок). Можно думать, что Ышбара-хан достиг долгожданного компромисса тюркютов с десятистрельными тюрками, потому что даже нушиби без сопротивления признали его ханом. Этот компромисс шёл вразрез с чаяниями чуюе, чуми и чумугунь, которые мечтали об установлении своей гегемонии. Чтобы удовлетворить эти племена не за счёт основной массы своего народа, хан решил вернуть им их исконные земли, подпавшие под власть Империи, и внезапным набегом разгромил крепость Тинчжоу (на территории Китая). После этого чуйские племена, прельщённые добычей, снова стали опорой Ышбара-хана, но набег вызвал войну с Империей (Халлыг/Ышбара изменил своему сюзерену, императору Китая) . В начале 652 г. в Джунгарию была двинута армия, состоявшая из 20 тыс. китайцев под командованием Лан Гян-фана и 50 тыс. телесцев с Киби Хэли во главе. План войны был весьма тщательно разработан. Предполагалось быстрыми движениями союзных телеских войск стеснить Ышбара-хана, не имевшего продовольствия в количестве, необходимом для долгой войны. К кочевым племенам, в том числе к чуюе и чуми, рекомендовалось снисхождение; главным врагом был признан сам Ышбара-хан. Было предписано «гнать кочевых и нападать на волков», т.е. на тюркютов, которых китайцы считали «корнем», а прочие племена «ветвями с листьями».

Описываются несколько сражений, которые проигрывает Ышбара-хан. «Ышбара-хан с сыном и с немногими верными всадниками снова ускользнул от преследования. Он бежал на юг. Около Чача (Ташкентский оазис) утомлённые лошади не смогли больше идти. Владетель Чача, носивший тюркютский титул «тархан», принял беглецов и, связав их, выдал преследователям. Последний тюркютский хан в оковах был приведён в Чанъань, Гаоцзун пощадил его, но тот умер в плену в 659 г. от тоски, что, как заметил читатель, среди вольнолюбивых тюркютов не было редкостью» [18].

Положим, Халлыг не «последний тюркский хан». После 50 лет вассальной зависимости от Китая тюрки создали Второй Тюркский каганат.

Ашина Мише и Ашина Бучжень

Читаем у Л.Н. Гумилева : «Все покорённые области были разделены (китайцами) на четыре наместничества – два на востоке и два на западе. Земли западных тюркютов вошли в северо-западное наместничество. Не имея возможности непосредственно управлять этими районами, китайское правительство прибегло к помощи тюркютских князей, доказавших свою преданность. Земли племён дулу были вверены Ашине Мише, а земли нушиби – Ашине Бучженю. Но эти бездарные правители не пользовались популярностью среди своих подданных и, несмотря на все усилия, не могли заслужить доверия. Правда, отдельные бунты кочевых князьков и осёдлых владетелей подавлялись легко, но сами ханы, интригуя друг против друга, создали коллизию, которая, в конечном счёте, стоила Китаю всех с таким трудом достигнутых успехов. Ашина Бучжень во время карательного похода на Кучу в 664 г. оклеветал Ашину Мише в умысле на восстание. Китайский полководец Су Хай-чжен, не разобравшись, казнил Ашину Мише и «всех его подчинённых до пастуха» [18].

Ашина Кибу-чур

Кибу-чур возглавлял одно из восстаний тюрок против своих сюзеренов, китайцев. У Л.Н. Гумилева читаем, что ... «сравнительно небольшие силы имперцев удерживали Центральный Тянь-Шань благодаря добровольному подчинению в 673 г. Кашгара и тюркского племени гун-юэ, обитавшего к востоку от оз. Иссык-Куль. Совершенно неожиданно западные тюркюты напали на гун-юэ и осадили их «столицу», т.е. укрепленную ставку князька. Во главе повстанцев стоял некий Ашина Кибу-чур, судя по фамилии, принц крови, но, как и Кутлуг, не имевший прямого права на престол. Последнее обстоятельство очень значительно, так как показывает, что это не была фронда отстранённых от власти царевичей, а народное движение. ... Ашина Кибу-чур привлёк на свою сторону даже телеское племя яньмянь, жившее к северу от гун-юэ и к востоку от оз. Балхаш. Как на востоке, так и на западе дело освобождения тюрок вступило в новый период развития. ... западные тюрки встретили отпор регулярных имперских войск, пришедших на выручку стеснённым союзникам. Энергичный и храбрый офицер Ван Фан-и оттеснил тюрок к р. Или и там нанёс полное поражение Ашине Кибу-чуру . Потери тюрок исчислялись в тысячу человек. По существу восстания Ашины Кибу-чура и Кутлуга (потомок Бумына – а.к.) однотипны, но первое было немедленно подавлено, а второе имело поистине грандиозный успех» [18].

Восстание привело в дальнейшем к созданию Второго Тюркского каганата. На этом этапе представитель рода ашины мог отличиться и быть сосоздателем Второго Тюркского каганата, но неудача или бесталанность Ашины Кибу-чура свели на нет и этот шанс.

Ашина Цзун-ли

События в Китае. Восстание Ань Люшаня. У Л.Н. Гумилева: « Даже тюрки и тунло (род теле), жившие в Чанъани (на территории Китая), бежали от повстанцев. Во главе с князем Ашина Цзун-ли они направились в Ордос, подняли тамошних кочевников и уговорили их произвести набег на Шаньси, в тыл наступающим мятежникам. Эта диверсия задержала наступление и, в сущности, решила исход кампании, позволив ввести в дело свежие силы» [18].

Ашина Дучжи и Ашина Суйцзы

У Л.Н. Гумилева: «Тяжёлое поражение на Бухайн-голе и невозможность пойти на уступки заставили имперское (китайское) правительство обратиться к изысканию новых средств борьбы против Тибета. Было решено использовать для этой цели западных тюркютов. В 671 г., чтобы успокоить народ, старейшина Ашина Дучжи был назначен военным начальником и одновременно фуянским наместником. Но фактически это было невыполнимо. Традиционное уважение к роду Ашина, поддерживавшее династию в середине VII в., сменилось полным безразличием после того, как последние ханы показали себя верными слугами китайцев и врагами своего народа . Имперское управление не пользовалось популярностью в кочевых районах. Ашина Дучжи, чтобы укрепить своё положение, заключил союз с Тибетом и в 676 г. объявил себя ханом (перекинулся от китайцев на сторону тибетцев). Тибетцы, возобновив войну, разграбили западный Китай до Чанъани, в то время как две имперские армии бездействовали. В следующем, 677 г. тибетская армия соединилась с войсками Ашины Дучжи и освободила от имперцев Кучу при полном сочувствии и активной помощи жителей. Это решило судьбу Ашины Дучжи. Против Ашины Дучжи был направлен сановник Пэй Хин-гянь с войскам и, но дело до столкновения не дошло. Хин-гянь объявил всюду, что он идёт возвести персидского царевича на трон и успокоить даши (арабов), а дойдя до Турфана, остановился на зимовку, стал заниматься охотой и приглашать в гости уцелевших китайских чиновников. Когда в числе приглашённых оказался Ашина Дучжи, его арестовали и отправили в Китай (679 г.). «С сего времени десять аймаков наипаче ослабели». Сами десятистрельные тюрки перестали видеть смысл в объединении, подчинившим их китайцам, и родовичи двух поколений (дулу и нушиби) день ото дня расходились. Чтобы прекратить разброд, сулящий беспорядок, вместо Ашины Дучжи китайцы назначили двух царевичей, Юанькина, сына Ашины Мише, и Хушэло, сына Ашины Бучженя. В 693 г. Юанькин был казнён, так как его обвинили в связи с опальным наследником китайского престола. Сын Юанькина, Ашина Суйцзы, снёсся с тибетцами и в 694 г. поднял восстание, но был разбит. Власть, хотя и фиктивная, сосредоточилась в руках Хушэло, но усиление тюргешей (входили в Западный Тюркский каганат) заставило его переселиться в Китай с остатками своих сторонников, насчитывавших всего 60-70 тыс. душ обоего пола»[18].

Ашина Хусэло

«Жестокая война 698 г. на время поглотила силы и тюрок и китайцев. Этим воспользовался вождь тюргешей Учжилэ. Он стеснил вождя прокитайских элементов, бездарного хана Ашина Хусэло, который со своими сторонниками числом в 60-70 тыс. перекочевал во внутренний Китай в 699 г. Ядром территории тюргешского ханства была долина р. Или и северные предгорья Тянь-Шаня» [18].

Ашина Хянь

«Попытка западных тюрок сбросить власть империи в 714 г. также не имела успеха. Имперский генерал Ашина Хянь разбил повстанцев у Суйшэ (Токмак) и казнил их вождя. После этой победы карлуки, хулуву и суниши признали себя подданными (разумеется, номинально) Империи, т.е. вступили с ней в союз против тюрок и тюргешей» [18].

Ашина Хинь

«... Император (Китая) назначил правителем «десяти стрел» царевича Ашина Хиня. Ему должны были подчиниться покорённые тюргеши. Но тут возмутился Бага-тархан, вождь жёлтых тюргешей, и потребовал, чтобы назначили его. Тогда тюргешей выделили из «десяти стрел» для Бага-тархана, но политика компромисса оказалась неудачной. Присланный из Китая Ашина Хинь в 740 г . (за 5 лет до гибели Второго Тюркского каганата) подвергся нападению тюргешей под г. Цзюйлань и погиб. Простить этого имперцы не могли. Неизвестно каким образом, но Бага-тархан был схвачен и казнён, а управление западными кочевниками было доверено его сопернику – Думочжи» [18].

Резюмируя, следует отметить, что из 69 ханов первого и второго каганатов за двухвековой период их существования (150 лет свободного и 50 лет вассального) было всего 12 ханов из рода ашины, вошедших в историю. Из 12 ханов в интересах каганата послужили трое: Чеби-хан, Ашина Кибу-чур, возглавлявший одно из восстаний тюрок против китайцев, Ашина Халлыг (Ышбара-хан), вначале служивший китайцам, но затем воевавший на стороне тюрок. Остальные 9 ханов из рода ашины, усердно служили Китаю. Судя по датам, когда был отмечен тот или иной представитель из рода ашины, это, в основном, пятидесятилетний (630-680 гг.) период порабощения тюрок китайцами (синхронистическая таблица в приложении №1). К созданию как Первого, так и Второго Тюркского каганата представители рода ашины не причастны. Не случайно представители из рода ашины не упомянуты в орхонских надписях, где описана родословная тюркских каганов, т.к. ханы Второго Тюркского каганата, как и их предки, родоначальники Первого Тюркского каганата, к данному роду не относились.

Как же вели себя ханы из других алтайских родов при взаимодействии с китайцами? По-разному. Если рассматривать культурное влияние Китая на тюркскую элиту, то оно было значительным. Кижинь-хан, например, был приверженцем всего китайского. Вероятно, сказалось влияние его жены, китайской царевны И-чен. Читаем у Н.Я. Бичурина: «... прошу (Кижинь обращается к китайскому императору) высочайшего из владык дозволения носить одеяние великого царства, и законы иметь общие с китайцами». Китайский император «находил это невозможным» и в своем указе назидательно отметил: «Великий муж, просвещая народ, не требует изменения в обычаях. Нужно ли для просвещения срезывать полу и перевязываться шнурами с длинными кистями?» [6].

В войнах с китайцами тюрки отстаивали свои интересы. Что же касается междоусобных войн в каганате, то возникали они зачастую не без интриг китайцев.

Нужно отметить, что тюркские ханы в Китай не стремились и китайцам не служили. Они ценили свою свободу. Ханы, которые после поражения оказывались в китайском плену, тяжело переживали сложившуюся для них жизненную ситуацию. Читаем у Н.Я. Бичурина: «Хели не жил в комнатах, а всегда ставил для себя юрту. Он долго был задумчив и печален ... . В восьмое 634 лето, Хели умер. Труп Хелиев, по кочевому обычаю, сожжен»[6]. Хели-хан был пленен в 630 г. Скорый уход из жизни в неволе был характерен для большинства тюркских ханов .

Есть интересное заключение у Н.А. Аристова, которое можно отнести и к роду ашины. Читаем: «Женское или незаконное происхождение в генеалогических сказаниях народов с родовым бытом есть верный признак, что речь идет о частицах совершенно чужих родов и племен, вошедших в родовые союзы вследствие различных случайностей исторической жизни»[2].

Понятно, что род ашины случайно оказался на Алтае и родиной для них алтайская земля не стала. Неудивительно, что остатков рода ашины как на Алтае, так и в Монголии нет. Вероятно, большая часть кочевников из рода ашины ушла со своими ханами (после гибели каганата) в Китай. Оставшиеся, надо полагать, растворились среди алтайцев и других племен.


Назад   Дальше